Карибский кризис глазами российских подводников (пятьдесят пять лет спустя)

«… я завершал пятый год непрерывной службы в должности командира и относился к эксплуатации техники очень внимательно, никогда не позволял нарушать нормы эксплуатации дизелей. Сказался и качественно проведённый ремонт в Советской Гавани в 1960 году и добросовестное отношение к своим обязанностям наших мотористов, свято следовавших девизу: «Дизель любит ласку, чистоту и смазку», а, главное, это беззаветная любовь к технике, служивших со мной инженер-механиков» [19, с. 301].

По возвращении в базу все наши шесть лодок (С-235, С-236, С-239, С-290, С-391, С-292) официально были переданы индонезийской стороне в полное их распоряжение и под ответственность отработанных индонезийских экипажей. Командир нашей бригады контр-адмирал Анатолий Антонович Рулюк провёл разбор выполненных экипажами задач. Отметил, что практически все экипажи наших лодок справились с поставленными задачами и выполнили их с хорошими показателями. Комбриг сообщил, что из Владивостока в Сурабаю вышел пассажирский теплоход «Владивосток», на котором в конце декабря в Союз отправится большая часть состава бригады, в том числе все старшие помощники, замполиты и врачи. Объявил, что для завершения отработки индонезийскими экипажами лодок полного Курса боевой подготовки в Сурабая пока остаются остальной офицерский состав лодок, командиры отсеков, штурманские и торпедные электрики, командиры отделений радиометристов и торпедистов. Был зачитан список флагманских специалистов, остающихся в Сурабае: капитан 3 ранга Анатолий Иванович Забарин (флагштурман), капитанлейтенант Анатолий Васильевич Батаршев (флагммин), капитан-лейтенант Михаил Савельевич Грищенко (флагсвязист), инженер капитан 2 ранга Николай Кириллович Руденко (флагмех), инженер капитан-лейтенант Александр Александрович Малахов (помфлагмех) капитан 3 ранга Николай Борисович Шмаков (флагРТС), майор медицинской службы Альберт Васильевич Максимов (флагврач). От командования бригады оставались: заместитель командира бригады капитан 1 ранга Валентин Иванович Синельников, заместитель начальника Политотдела Николай Акимович Васечкин, помощник начальника штаба капитан-лейтенант Пётр Фёдорович Старостин, старший инструктор торпедный электрик Павел Захарович Клейников. Все оставшиеся получили статус инструкторов для оказания помощи индонезийским подводникам до полной отработки ими всех задач Курса боевой подготовки.

Пассажирский теплоход «Владивосток» прибыл в Сурабаю 21 декабря 1962 года. Выход в обратный путь планировалось перед новым годом – 28 декабря. Отбывающие в Союз складывали свои чемоданы, им мы по-хорошему завидовали. Длительное пребывание в чужой стране, действительно, вызывает «тоску по Родине», но воинский долг – есть наша священная обязанность, и мы – оставшиеся на неопределённый срок в Капалу – мирились, уповая на то, что когда-то наступит и наш черед.

Наступило 27 декабря. Объявили погрузку на теплоход самой большой группы подводников нашей бригады, убывающей во Владивосток. Провожать их изъявили желание почти все офицеры штаба и командиры лодок. Суматоха проводов, прощание, напутствия – всё было, вроде, как обычно, но всё-таки не так, как проходят проводы в своей стране. Вместе с убывающими мы радовались, выражали свой непосредственный восторг по поводу их возвращения на Родину, надеясь, что оно будет благополучным и успешным. Вместе с тем, нас одолевало чувство горечи, вызванное тем, что расставание это с товарищами и друзьями по оружию, с которыми прошли все трудности индонезийского похода, возможно, – расставание навсегда. Впрочем, для большинства из нас таковым оно впоследствии и будет. Участников индонезийского похода разбросало по всем просторам нашей необъятной Родины. Редко кому впоследствии удавалось служить в одном соединении. А уж в одном экипаже – этого припомнить не может уже никто.

Проводы затянулись. Стояла нестерпимая жара под 40 градусов. В сочетании с большой влажностью воздуха это создавало определённый дискомфорт. Нестерпимо хотелось пить. Проводы фактически кончились. В ожидании где-то застрявшего автобуса для следования в Капалу провожающие стояли у стенки гавани небольшими группами и вели из-за жары и духоты вялотекущую морскую травлю.