Кавказский роман. Часть III. Лавина

Здесь уже пришла очередь плакать Марине. Лариса и Муса успокаивали её, пообещав через знакомых грузин вытащить девочку из Грузии.

– Заберём её и вас всех в Москву, правда, Бертик? – поворачивалась Лариса в сторону безучастно сидевшего сына. – И будем жить все вместе, места много, всем хватит. Пусть тогда попробуют её опять украсть.

Слова лились из Ларисы так же легко, как и слёзы, но Марине не хотелось останавливать их поток, который давал надежду на то, что скоро всё наладится. Будет мир, будет рядом Замира, и Анвар непременно станет врачом. Мысль о том, что где-то в далёкой Москве у неё есть люди, к которым она может обратиться в трудную минуту, радовала её, но одновременно вызывала опасения. В настоящей Чечне, возобновившей свой древний промысел – воровство людей, иметь состоятельных родственников было опасно. Поэтому на расспросы соседей: «Кто приезжал?» – Марина отвечала односложно:

– Мачеха со сводным братом.

– Богатые такие, на машинах шикарных, – завидовали соседи.

– Может, и богатые, да мы им не родня. Мачеха ещё ничего, а брат даже не глянул в мою сторону.

– Все эти русские такие. Им, что родня, что не родня, всё равно.

Роскошный атласный халат, затканный райскими птицами, подарок мачехи, Марина спрятала подальше, померив его только один раз перед зеркалом. «Видел бы меня Алексей!» – подумала она, и тут же мысль, горькая мысль о том, что её бросили в очередной раз, испортила всю радость от красивого наряда: «Помнил бы – приехал». Поэтому, когда спустя неделю после приезда Ларисы у ворот их дома остановился военный уазик, сердце Марины ёкнуло от догадки: «Приехал!» Однако, когда из машины выскочил худощавый военный и помог выйти худенькой, скромно одетой женщине, Марина поняла, что ошиблась. Это была её тёзка, первая любовь отца, и её сын, спасённый отцом из плена.

– Здравствуйте, Мариночка, мы приехали с Володей поклониться могиле Гейдара, – только и успела сказать женщина, и тут же слёзы рекой полились из её больших, но уже вылинявших от времени глаз.

Володя, в отличие от сводного брата, был приветлив, почтителен и не ёжился, заходя под низкие своды дома. Марина не командовала, не заставляла выносить столы во двор, а согласилась сесть помянуть Гейдара в доме. Она тоже непрерывно рассказывала о том, как они познакомились с Гейдаром, каким красивым и мужественным человеком он был и как глупа и наивна была она. Когда они уехали, приглашая бывать в Москве, Марина вздохнула с облегчением. Даже шикарная Лариса не вызывала у неё такого стеснения, как эта утончённо-интеллигентная Марина, которая время от времени вставляла в свой рассказ стихи и утвердительно говорила: «Ну помните у Блока?» или «Как у Ахматовой». «Ничего бы не получилось у неё с отцом. Слишком разные они люди», – решила Марина, но всё равно была рада, что Вороновы не забыли того, что сделал для них её отец. Ильяс от новых гостей был не в восторге.

– Сразу видно – бедные. Нормальной закуски не могли привезти. Съел кусок колбасы – до сих пор изжога. Точно из свинины. Зачем они твоему отцу были нужны? Расстроился человек и умер.

– А какие они могут быть богатые? Сын же не бизнесмен, а военный. Отец очень уважал своего командира, вот и помог. Так сделал бы любой настоящий мужчина, – отбивалась от него Марина, не вдаваясь в подробности о том, что отец был в молодости влюблён в Воронову.

– Был бы настоящим, то не бросил бы своих детей и не оставил бы Родину, – бухтел Ильяс, не любивший разговоров о настоящих мужчинах, сравнения с которыми не выдерживал.

Он по-прежнему не работал и мало помогал по хозяйству. Марина пыталась пристроить мужа на работу в поселковый совет в качестве заместителя председателя для организации прерванных войной сельскохозяйственных работ, но муж отказался.

– Навесишь на меня дел, всё разворуют, а я отвечай! А кто будет с Анваром сидеть? Тётка твоя еле живая.

– Чего с ним сидеть? Вот Фатма может его забирать на весь день. Дочки её из школы придут, ей помогут, – сказала Марина, но Ильяс не сдавался.

Предлагала мужу пойти на работу в школу трудовиком и физруком одновременно, но Ильяс отказался и от этого. Дома сидеть было спокойнее. И всё же красивая осень, хороший урожай, окончательно отремонтированные школа, медпункт и магазин – основная забота Марины как заместителя начальника поселкового совета – настраивали на хороший лад и вселяли надежду, что задержавшийся в Боевом на целых два года мир будет вечным. В Чечне уже появился новый лидер – Ахмад Кадыров, которому федералы простили его прошлое – участие в боевых действиях на стороне дудаевцев, как отпустили те же грехи и остальному его окружению.

– А что им делать? – комментировал эту ситуацию Автурхан Марине. – Где они здесь найдут тех, кто не воевал с федералами? Весь народ воевал, даже твой муж за винтовку подержался. Я вот тоже воевал, но жить-то надо. Понятно, что русские не отступятся от Чечни, но надо жить. Спасибо, ума хватило у этого Кадырова, помогай ему Аллах!