Каждый глубокий вдох. Опасная сторона реанимации, о которой никто не говорит

Не так давно друг прислал мне видео с пауком, плетущим паутину на крыльце его дома у озера. Я зачарованно наблюдал, как он сплетает замысловатые нити, расходящиеся от центра, создавая слой за слоем захватывающую дух структуру. Я никогда не видел настолько огромной паутины. Мгновение спустя поток дождя сорвал сеть, заставив хищника поспешить в укрытие. Я был опечален разрушением и, наблюдая, как паук выходит из своего убежища, был уверен, что он будет подавлен; но вместо этого он просто стал плести снова, терпеливо начав все сначала.

Это было именно то, что должны были сделать и мы. Когда вокруг нас разразилась пандемия, нам пришлось начать все сначала, продолжить работать над тем, чтобы донести наше послание и передать его из одного отделения интенсивной терапии в другое, а затем и дальше; чтобы гарантировать, что методы интенсивной терапии полностью перейдут к сострадательной, безопасной и основанной на фактических данных помощи для каждого пациента.

Моя работа состоит в том, чтобы видеть своих пациентов и все, что делает их теми, кто они есть, и продолжать заботиться о них в меру своих возможностей: спасать их жизни, если это возможно, предотвращать развитие ПИТ-синдрома и поддерживать их после отделения интенсивной терапии.

Если бы кто-нибудь спросил меня, когда я был молодым врачом, о наиболее важных аспектах интенсивной терапии, я бы охотно рассказал об аппаратах искусственной вентиляции легких и вазопрессорах, а также о выводе пациентов из шока и подключении к системе жизнеобеспечения. Я бы никогда не подумал, что однажды смогу дать ответы: «инжир», «мед на ложке» или «музыкальный такт».

В ответ на отчаяние я сделаю то, что всегда. Я буду верить.

* * *

Мне кажется уместным закончить это повествование историей о благодарности и обещании. Для меня это момент благодати и взгляда в будущее. Несколько лет я пытался разыскать Терезу Мартин, женщину, чью жизнь я старался спасти более тридцати лет назад только для того, чтобы отправить ее домой живой, но наверняка с новыми заболеваниями мозга и тела. С ПИТ-синдромом. Когда я наконец разыскал ее медицинскую карту, то узнал, что она умерла не так давно, и я связался с ее взрослым сыном Трэвисом Мартином. Я сказал ему, как я сожалею о его матери, о том ущербе, который я причинил. Я понял, что он был там в ту ночь, когда Тереза получила передозировку и попала в отделение интенсивной терапии; что он был причиной ее сожалений о своих действиях и желания выжить.

У Трэвиса было не очень хорошее детство; он помогал матери садиться и вылезать из инвалидного кресла, а также сопровождал ее, когда у нее отказывала память. Хотя Трэвис этого не знал, всю свою жизнь он страдал от синдрома ПИТ-С, борясь с депрессией и ПТСР. Я подумал, что сын может злиться из-за того, что случилось с его мамой, но это было не так. Он начал заниматься терапией, решать свои проблемы, и это помогло ему обрести покой. Когда я еще раз объяснил, что пытался спасти жизнь его матери и что я провел остаток своей жизни, стремясь помочь другим пациентам справиться с критической болезнью, он остановил меня:

– Вы знаете, я чинил машину жены и знаю определенный способ, которым можно все сделать. Возможно, десять, двадцать лет назад чинили по-другому, но где-то кто-то улучшил эту технику. Видимо, вы определили что-то похожее. Нам постоянно нужно совершенствовать медицину, чтобы помогать людям – вот что вы пытаетесь сказать.

Я кивнул, чувствуя комок в горле. Трэвис был совершенно прав. Это то, что я пытался сказать и сделать все это время.

<p>Ресурсы для пациентов, семей, лиц, осуществляющих уход, и медицинских работников</p>

Пока я думал о том, как лучше всего преподнести практические советы читателям, дождь стучал по жестяной крыше горной хижины, которую я арендовал. Я слышал, как ломались ветки и как над головой гремел гром. В разгар подобного коварного шторма я чувствовал себя неспокойно. Это заставило меня задуматься о других трудных временах моей жизни, и я начал рассуждать о нашей будущей потребности в убежище от порывистого ветра.

Во времена кризиса мы все хотим укрыться от шторма.

Я надеюсь, что в дополнение к историям и истинам, содержащимся в книге «Каждый глубокий вдох», следующие ресурсы подскажут вам путь вперед в условиях неопределенности и уязвимости жизни во время и после критической болезни. Центр критических заболеваний, мозговой дисфункции и выживания бесплатно размещает все наши материалы по адресу: www.icudelirium.org. Мы являемся независимым образовательным ресурсом и приглашаем вас посетить наш веб-сайт для получения дополнительной информации.

Болезнь и путь выздоровления каждого человека уникальны. Таким образом, ничто не заменит прямой разговор с врачом, медсестрой, фармацевтом, экспертом по труду и физиотерапии, специалистом по реабилитации, социальным работником, духовным наставником или священником и другими членами вашей медицинской команды. Информация, которая приводится ниже, – вторична и дополнительна.