Каждый глубокий вдох. Опасная сторона реанимации, о которой никто не говорит

Кроме того, мы учимся внедрять музыку в наши отделения, потому что она помогает уменьшить страх и беспокойство у пациентов. Музыка также отвлекает их от общего шума и стресса, связанного с пребыванием в отделении интенсивной терапии, она вызывает счастливые воспоминания, которые помогают «выйти» за границы больничной палаты.

Дать пациентам наушники или включить музыку в их палатах очень просто. Также можно позволить им или их близким поставить собственный плейлист. Я понял, что это действие служит точкой входа для формирования связи с пациентом.

Один мой подопечный захотел послушать саундтрек из своей любимой кинотрилогии «Властелин колец», и я помню блаженную улыбку, которая появилась на его лице, когда первые такты песни The Shire эхом разнеслись по его комнате. Позже, после экстубации, я видел, как он обсуждал с одной из медсестер любимые сцены трилогии.

Еще один способ улучшить связь с пациентом – это ведение дневника отделения интенсивной терапии. Подумайте о том, как много мы узнали из замечательного дневника Анны Франк. Ее подробные воспоминания о мучительном опыте ее семьи в подполье пролили свет на темный период истории. Доктор Карл Бекман, шведский медбрат и доктор медицинских наук, впервые предложил эту замечательную идею в 2001 году, и она будто стала зеркальным отражением «Дневника Анны Франк». Если человек, переживающий мучительные события, не мог сам записать свои воспоминания, то другие могли бы вести этот дневник за него, чтобы потом помочь пациенту собрать кусочки головоломки воедино. Это была концепция дневника отделения интенсивной терапии, который создавали бы близкие больного и медицинская команда: в документ вошли бы рассказы, фотографии, иногда даже видео событий, происходящих во время пребывания в отделении. В 2010 году доктор медицинских наук и медсестра Кристина Джонс, пионер в области интенсивной терапии, совместно с доктором Бекманом опубликовала первое рандомизированное исследование, в котором проверялась эта идея.

Дневники помогли снизить развитие ПТСР у выживших в реанимации с 13 % до 5 % в контрольной группе, которая получила подробные заметки о своем пребывании в больнице.

Дневники отделения интенсивной терапии дают членам семьи ощущение цели, что они не сидят без дела в течение долгих часов у постели любимого человека; записи также помогают пациентам пережить свое пребывание в больнице после выписки. Однако я не сразу понял, что дневники могут помочь и мне, врачу. Эти заметки напоминают мне, что у пациентов есть жизнь за пределами палаты интенсивной терапии, наполненная важными для них моментами и людьми. Недавно мое внимание привлекла одна запись в дневнике. Заметка была написана старым другом моей пациентки, который благодарил ее за то, что она помогла выиграть команде в игре по софтболу на чемпионате штата в средней школе. Он написал, что эта победа придала ему уверенности в критический момент и позволила достичь большего в жизни. Когда пациентка проснулась, я спросил ее об этой игре. Она сразу же оживилась – я никогда ее такой не видел, – и внезапно у меня появился доступ в ее мир.

Когда я делаю собственные дневниковые записи или личные заметки по пациентам, они не становятся частью медицинских карт, поэтому я могу свободно выражать мысли. Вот одна из недавних записей: «Тиша, просто напоминаю: когда ты проснешься, подумай, что страх, который ты испытывала из-за того, что кто-то может причинить тебе боль, нереален. Тебя любят, и мы здесь, чтобы заботиться о тебе, пока ты выздоравливаешь и постепенно отвыкаешь от аппарата искусственной вентиляции легких. Увидимся сегодня позже». Я попросил медсестру показать это Тише, как только она проснется, в надежде, что это сможет ее успокоить.

Будучи молодым врачом, я бы не поверил, что сон, музыка или ведение дневника могут стать частью моего инструментария по уходу за пациентом. Теперь я в этом уверен. Наши пациенты – это люди, и они реагируют на личностно ориентированный уход.