Впрочем, кликушество могло использоваться некоторыми лицами вполне осознанно: с древности так повелось, что народ со вниманием выслушивал бред одержимых подобной напастью, и, если в нем звучало имя известного человека, считалось, что именно он наслал этот недуг колдовским способом. Яков Канторович указывал, что со временем кликушество превратилось в инструмент ложных наветов – желая навредить кому-либо, клеветник притворялся кликушей и выкрикивал имя своего недруга. До XVIII в. в России к таким обвинениям относились вполне серьезно, и по навету кликуши мог быть схвачен и обвинен в колдовстве практически любой человек. Но затем подвергать наказанию стали уже самих кликуш, расценивая их как злонамеренных симулянтов.
Близким к кликушеству явлением, судя по всему, были старинные эпидемии «икотки» – нервного расстройства, проявлявшегося сильной икотой и речевыми автоматизмами. В народе причину этой болезни видели в колдовском наведении порчи или вселении злого духа «икотки»[170].
В контексте рассматриваемого нами вопроса представляют интерес ритуалы сектантов-христоверов (называемых со стороны православных оппонентов хлыстами), существовавших в Российской империи в XVII–XX вв. Они использовали экстатические практики – круговые танцы, распевание религиозных гимнов, приводящие к измененному состоянию сознания. По свидетельствам, религиозный экстаз, достигаемый на подобных радениях, мог сопровождаться автоматической речью и «говорением на языках» (глоссолалией). Данный феномен описан в современной психиатрии – при некоторых расстройствах (в частности, при диссоциации личности) человек может говорить на незнакомых ему языках (или псевдоязыках). Если не привлекать сверхъестественные гипотезы, можно предположить, что при этом актуализируются услышанные фоном и не запомненные осознанно обрывки иностранной речи или же происходит генерация речеподобных звуков (проявление речевого автоматизма). Демонстрировать глоссолалию могут и здоровые люди – во сне (такое состояние называют сомнилоквией, впрочем, к нему же относится говорение во сне и на своем, обычном языке), или в особых трансовых состояниях.
Проявление феномена глоссолалии подробно рассмотрено в диссертации Дмитрия Григорьевича Коновалова «Религиозный экстаз в русском мистическом сектантстве». На примере засвидетельствованного поведения сектантов различных толков, существовавших в Российской империи, описано несколько типичных шаблонов аномального поведения участников экстатических ритуалов, выраженных в речевых автоматизмах: неосознаваемое произнесение ранее услышанных и заученных текстов, сочинение стихов и распевов, изречение «пророчеств и обличений», а также речеподобных звуков, представляющихся неизвестными языками. Доведенные до экстаза сектанты испытывали необычайное воодушевление, позволяющее им с удивительной скоростью и легкостью произносить или воспроизводить по памяти даже длинные речи. Причем современники считали, что хлыстовские «пророки» обладают ясновидением[171].
Сами сектанты-христоверы интерпретировали подобные явления как «вселение Духа Святого» и почитали за желаемый исход радения. По-видимому, здесь имела место отсылка к библейскому эпизоду, известному как «Пятидесятница», когда Святой Дух сошел на апостолов, даровав им умение говорить на разных языках. Вот как эти события описаны в Новом Завете:
С точки зрения апологетов православия, подобные практики хлыстов считались делом не богоугодным, посягательство сектантов на уподобление апостолам Христовым выглядело кощунством. Православные священники скорее верили, что в доводящих себя до экстаза сектантов могли вселяться бесы, но никак не Дух Святой, являющийся ипостасью божественной Троицы. Ведь, по сути, на хлыстовских радениях вызывалось самое настоящее кликушество, возведенное этим верованием в статус «духовного откровения»[173]. Православная церковь и Российское государство вели активную борьбу с хлыстовскими сектами.