Химеры разума. Современная психология о монстрах древности. Как разоблачить свои ночные кошмары

Психические эпидемии в прошлом проявлялись далеко не только в исполнении безумных танцев. По всей видимости, к ним относятся полулегендарные случаи распространения беснования, кликушества, икотки и других психопатологических проявлений, обладающих видимой «заразностью». Здесь же можно вспомнить трагические события в Cалеме, где из-за массовой истерии развернулись судебные процессы против предполагаемых ведьм, для некоторых окончившиеся казнями, историю помешательства монахинь в монастыре Лудена, из-за которого был казнен священник Урбен Грандье, а также сумасбродства посетителей Сен-Медарского кладбища, прозванных «конвульсионерами», – они образовали нечто вроде секты вокруг могилы дьякона Пари, почитавшейся чудотворной. Эти истории относятся к XVII–XVIII вв.[251]. В России тем временем расцветали секты старообрядцев, хлыстов и скопцов, являвшие миру не меньшее безумие.

Однако в наше время психические эпидемии как таковые не исчезли, они только видоизменились в соответствии с современным уровнем развития общества. И сейчас существенные угрозы вызывает повышение тревожности среди широких масс, приводя к истерическим реакциям и неадекватному поведению. Зачастую такие реакции проявляются в виде распространения абсурдных слухов, ложных убеждений, конспирологических теорий, чему способствуют современные средства коммуникации. Стоит вспомнить хотя бы волну слухов, домыслов и теорий заговора, сопровождавших распространение коронавирусной инфекции в 2020–2021 гг. К психическим эпидемиям также можно отнести вовлечение большого количества людей в движения с деструктивной идеологией – секты, террористические организации. Этому способствует низкий уровень благосостояния, чувство незащищенности, неустроенности в жизни, острое социальное неравенство. Экстремистские группировки вербуют свой контингент преимущественно в неблагополучных странах с ослабленной или разрушенной экономикой, с плохо функционирующими системами общественного просвещения. Впоследствии их деятельность воплощается в проявления куда более страшные, нежели безумные танцы или самоистязания средневековых фанатиков.

<p>VIII. Мандрагора и другие «магические» травы</p>

Извлечение мандрагоры. Из «Tacuinum sanitatis» (XIV в.)

Легенды о колдовстве связаны с растениями, которые служили подспорьем в магических практиках. Современная наука доказывает, что зачастую подобные представления далеко не безосновательны. В старинных преданиях упоминаются «колдовские» растения, содержащие психотропные вещества, – такие как белена, аконит, белладонна, болиголов, мак, дурман и проч. Особое место среди них занимает мандрагора. Помимо обилия биологически активных веществ, это растение отличается причудливым видом корневища, из-за раздвоенного конца порой напоминающего человеческую фигурку (причем встречаются как «мужские», так и «женские» формы).

В европейских преданиях рассказывалось, что мандрагора вырастает под виселицей из семени (по другой версии – из пота) казненных. При извлечении из земли ее корень якобы издает пронзительный звук, невыносимый для человека (поэтому данное растение советовали выкапывать, привязывая его к собачьему хвосту)[252]. Этот способ извлечения мандрагоры упоминался еще в I в. н. э. у иудейского историка Иосифа Флавия

[253].

Античный врачеватель Диоскорид рекомендовал использовать настой корневища мандрагоры в качестве обезболивающего, предупреждая, что большие его дозы смертельны[254]. Применять мандрагору в лечебных целях предлагала и средневековая аббатиса Хильдегарда фон Бинген[255]

. Не обошел вниманием столь замечательное растение и живший в XVI в. любитель диковин Джамбаттиста делла Порта. В своей «Натуральной магии», ссылаясь на античных авторов, он писал, что мандрагора способна повергнуть человека во временное забытье и бесчувствие, поэтому ее можно применять для анестезии. Он приводил несколько историй из античности о «военной хитрости», где мандрагору использовали в качестве снотворного яда. Далее Порта сообщал, что настой мандрагоры в небольших дозах усыпляет, в больших – повергает в безумие, в еще бо́льших – смертельно ядовит[256].

Итак, данное растение предлагалось в качестве снотворного и обезболивающего. Зачем же еще было извлекать из земли эти причудливые коренья? Мандрагора славилась тем, что способствует зачатию и рождению детей. Также содержание в доме диковинного «человечка» сулило богатство и успех. В «Истории человеческой глупости»[257] Иштван Рат-Вег приводит частное письмо XVII в., засвидетельствовавшее связанные с мандрагорой предрассудки во всей красе: