Химеры разума. Современная психология о монстрах древности. Как разоблачить свои ночные кошмары

В России в XVIII в. мандрагора была известна под названием «адамова глава»[259], хотя в ее пределах виды мандрагоры не произрастали – сведения о «чудесном растении» доходили через книжность. Таким же названием на Руси традиционно именовали несколько других трав. Стоит отметить, что Адамова глава, то есть изображение черепа с костями, является традиционным для православия религиозным символом (от предания, согласно которому кровь распятого Иисуса Христа омыла череп Адама, пребывающий в подземелье горы Голгофы). Поэтому адамовой главой могли называть любое растение, в котором усматривали похожие на голову шаровидные образования (например, соцветия), в том числе: василек сибирский (Centaurea sisbirica)[260], башмачок настоящий (

Cypripedium calceolus), мордовник обыкновенный (Echinops ritro)[261] и др. Такова старинная народная ботаника – одно и то же растение могло называться по-разному в различных регионах, и в то же время разные растения объединяли одним названием, не разбирая тонкостей их анатомии и морфологии. Поэтому расшифровка старинных травников являет собой нелегкую задачу.

Образ мандрагоры нашел отражение в художественной литературе. Никколо Макиавелли в XVI в. написал комедию La mandragola[262]

, в которой вера в способность «волшебного» растения помочь зачатию детей используется для одурачивания недалекого супруга. В начале XX в. широкую популярность приобрел роман «Альрауне» немецкого писателя Ганса Гейнца Эверса[263] (в дальнейшем он стал председателем Союза писателей Германии при гитлеровском режиме). В его произведении миф о выращивании человека из мандрагоры вдохновляет ученого на кощунственный опыт: он искусственно оплодотворяет проститутку семенем повешенного преступника. В результате этого противоестественного зачатия на свет появляется девочка, выросшая очень привлекательной и способной подчинять себе волю окружающих, но при этом приносящей несчастье всем, кто встречается на ее пути. Данное произведение, ярко иллюстрирующее декадентский стиль, переносит древнюю легенду в контекст развивающейся науки. В жизни самого автора книги, как это бывает нередко, трагически переплелись творчество и реальная жизнь. Его юная невеста Рия Мунк покончила с собой после отказа Эверса вступить с ней в брак. Слухи и домыслы связывали ее гибель со скандальным успехом книги «Альрауне», хотя сам Эверс отрицал причастность невесты к созданному им образу. Впоследствии Густав Климт задумал создать посмертный портрет Рии Мунк с корнем мандрагоры, символизирующим нависшую над ней беду, но картина осталась незавершенной.

Анализ свойств растений, которым приписывали «волшебные свойства», показывает, что это происходило, как правило, по двум причинам: 1) растения оказывали сильное физиологическое воздействие на человеческий организм, в особенности – психотропное; 2) внешний вид растения напоминал человеческое тело или какую-либо его часть. В случае мандрагоры имеют место обе эти предпосылки.

Так что же может поведать о мандрагоре современная наука? В чем подоплека приписываемых ей чудесных свойств? Согласно принятой ныне систематике, род Mandragora относится к семейству пасленовые, среди представителей которого немало ядовитых, оказывающих психотропное воздействие растений – в частности: белладонна, белена, паслен, табак. Даже ягоды сельскохозяйственного картофеля (относящегося к тому же семейству) и его позеленевшие клубни содержат ядовитый алкалоид соланин

[264]. В этом плане мандрагора является типичным представителем пасленовых: в ее сырье содержатся биологически активные вещества, воздействующие на нервную систему.

В настоящее время выделяют как минимум шесть видов, относящихся к роду Mandragora: M. acaulis, M. autumnalis, M. caulescens, M. officinarum, M. turcomanica и M. vernalis. В плане химического состава хорошо изучены мандрагора лекарственная, M. officinarum

(распространенный в Европе вид), и туркменская, M. turcomanica[265].

<p>Алкалоиды пасленовых</p>

В составе M. officinarum был выделен ряд алкалоидов: атропин (свойственный для белладонны), скополамин (получивший название от растения скополии из пасленовых) и гиосциамин (также выявленный в сырье белены). Как мы видим, наличие этих веществ является закономерностью для пасленовых, но в каждом отдельном виде их сочетание может быть специфичным, что обуславливает своеобразие его физиологического воздействия.