Химеры разума. Современная психология о монстрах древности. Как разоблачить свои ночные кошмары

В других же направлениях христианства – катаризме и богомильстве, объявленных еретическими, и вовсе большее внимание уделялось самому учению Иисуса и его духовному наследию, а не его казни, и при этом не было культа креста и ран Христовых. Как известно, катаризм и богомильство были подавлены репрессивными органами ортодоксальных церквей (а остатки боснийского богомильства ассимилировались с исламом) и исчезли с исторической сцены, европейские страны в дальнейшем оставались в лоне ортодоксальной христианской культуры, причем даже реформация мало что изменила в плане отношения к страстям Христовым, восприятию его крестных мук, смерти и воскрешения. При подобной сосредоточенности на физическом аспекте перенесенных Спасителем мучений не стоит удивляться возникновению поистине мазохистских практик в контексте христианской культуры. Самобичевания, суровые посты и всенощные моления были призваны «усмирять плоть» верующих и уподобить их Спасителю, позволив познать на себе хотя бы отдаленное подобие перенесенных им мук, – таким образом, не интеллектуальным, а чисто физиологическим, люди стремились приобщиться к центральной фигуре своей религии. Наиболее радикальное воплощение данная тенденция получила в движении флагеллантов, сперва одобряемом римской католической церковью, но затем признанном ересью[314].

Рассматривая случаи обретения стигматов на религиозной почве, стоит обратить внимание, что практически все они относятся к католической среде. Есть ли нечто подобное в православии и других, нехристианских религиях? Среди документированных случаев стигматизации на религиозной почве большинство их носителей были католиками, встречались и представители различных христианских сект. Более того, большинство стигматиков были женщинами. Очевидно, здесь играет роль специфика католической культуры, ее экзальтированность, особая сосредоточенность на телесной природе Спасителя и перенесенных им муках.

В православной церкви отношение к феномену стигматизации скорее отрицательное. В церковных преданиях нет историй о православных святых, получавших стигматы. Подобные же случаи, происходившие с католиками и представителями других конфессий, считаются проявлением «прелести», то есть религиозно-мотивированного самообмана, сумасбродства. Стоит также упомянуть, что случаи, подобные обретению стигматов, имеются в нехристианских экстатических культах.

<p>Истерическая конверсия</p>

И, наконец, рассмотрим точку зрения, согласно которой стигматы могут возникать под воздействием воображения и эмоциональных переживаний. Сентив указывал, что отметины на теле способны появляться вследствие неких патологий, затрагивающих нервную систему:

«Можно было принять за святые стигматы странные значки, которые встречаются иногда на руках и ногах у некоторых особ, подверженных жестоким болезням, тем более что эти самые значки имеют перемежающийся характер, т. е. появляются через правильные промежутки времени (кроме того, эти страдания могут сопровождаться спазматическими поражениями, каталепсией, экстазом, сомнамбулическим ясновидением и т. д.)».

Из относительно современной литературы разбор феномена стигматизации можно найти в научно-популярной книге советского психолога Владимира Ивановича Лебедева «Духи в зеркале психологии»[315]. С его точки зрения, в действительном возникновении отметин на теле без внешнего физического повреждения нет ничего невозможного. Он писал, что в начале XX в. некий шахтер Павел Дибель мог умышленно вызывать у себя появление стигматов, хотя не был фанатичным верующим. В данной книге изложена ставшая хрестоматийной история о появлении своеобразного стигмата у Максима Горького под влиянием создаваемой им книги «Жизнь Матвея Кожемякина». По сюжету, герой этого произведения получает рану от удара ножом. Во время описания данной сцены автор настолько ярко вообразил себе происходящее и вжился в образ, что почувствовал на себе боль от удара ножом, и на туловище у него появился красный след, похожий на шрам.