Хирурги, святые и психопаты. Остросюжетная история медицины

Фрейзеру, обеспокоенному высокой смертностью среди армейских медиков, сказали, что летный хирург на передовой будет положительно воздействовать на моральный дух бойцов. Он дерзко ответил, что Мэрилин Монро сделала бы это лучше.

3 сентября 1991 года Фрейзер имплантировал электрическое левожелудочковое вспомогательное устройство HeartMate молодому человеку с кардиомиопатией[99], которого аппарат успешно поддерживал 505 дней. Из-за расширенных, плохо функционирующих желудочков и тромбов в легких в анамнезе пациенту назначили антикоагуляцию варфарином. В течение месяца симптомы хронической сердечной недостаточности разрешились, и мужчина смог вернуться к практически нормальной жизни. Но в соответствии с договором о клиническом исследовании, заключенном с Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов, пациент должен был находиться в больнице Святого Луки, и ее руководство любезно наняло его для работы за компьютером. К сожалению, из-за разлуки с возлюбленной и семьей у молодого человека началась депрессия, и он, никого не предупредив, прекратил прием препаратов. Без варфарина у мужчины произошел обширный инсульт с необратимыми повреждениями. Однако, когда левожелудочковое вспомогательное устройство отключили, сердце пациента смогло самостоятельно поддерживать такое же артериальное давление и минутный объем кровообращения. Механическая разгрузка дала его левому желудочку время на отдых и позволила мышце восстановиться. На извлеченном при вскрытии устройстве врачи обнаружили тот самый важный слой клеток, образовавшийся в месте контакта крови с инородной поверхностью, а вот тромбов не оказалось.

Было сделано другое, гораздо более важное открытие, когда сердечную мышцу изучили под микроскопом. Клетки, которые увеличиваются при дилатационной кардиомиопатии и сердечной недостаточности, вернулись к нормальному размеру. Кроме того, отсутствовала значительная части фиброзной ткани. Это был настоящий мост к восстановлению на клеточном и молекулярном уровне, что оправдывало новую стратегию с левожелудочковыми вспомогательными устройствами.

Рисунок 13.2: Б. Уомплер и пациент с Hemopump.

Уже через несколько месяцев после внедрения левожелудочковые вспомогательные устройства HeartMate и Novacor стали ассоциироваться с радикальной физиологической реабилитацией и значительным снижением смертности среди пациентов, ожидающих трансплантацию. Избавление от задержки жидкости, а также почечной и печеночной недостаточности улучшало физическое состояние и качество жизни пациента, позволяя ему ждать донорский орган вне стен отделения интенсивной терапии. Выживаемость после трансплантации также улучшилась. Несмотря на более сложную повторную операцию по удалению устройства вместе с родным сердцем пациента, восстановление проходило гораздо быстрее. Печально, что пришлось выбросить некоторые сердца, которые значительно или даже полностью восстановились благодаря левожелудочковому вспомогательному устройству.

Согласно статистике того времени, ежегодно в США умирали от 40 до 60 тысяч пациентов моложе 60 лет с сердечной недостаточностью, поскольку доступными для пересадки оказывалось менее двух тысяч донорских сердец.

Более того, буквально любое осложнение сердечной недостаточности лишало человека возможности попасть в лист ожидания. С левожелудочковым вспомогательным устройством пациенты теперь жили больше двух лет. Могли ли их лишить шанса на более долгую и комфортную жизнь с насосом? Да, могли. Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов запретило Фрейзеру и его американским коллегам использовать устройства Novacor и HeartMate для лечения пациентов, не подходящих для трансплантации. После этого Хьюстон переехал в Оксфорд.