Хирурги, святые и психопаты. Остросюжетная история медицины

Подход действительно революционный, но запустилось ли сердце вновь? Страх был настолько силен, что в операционной присутствовал коронер, а в коридоре англиканский, католический и пресвитерианский священники. К счастью, хотя этого и стоило ожидать, при удалении аортального зажима сердечная мышца наполнилась насыщенной кислородом кровью и стала энергично сокращаться. Радостное сердце благополучно перенесло отключение от АИК к огромному облегчению и восторгу всех присутствующих. Священники восприняли случившееся как истинное чудо, а коронер радовался, что его услуги не потребуются.

Хотя Мелроуз не оперировал сердца самостоятельно, благодаря своим внушительным достижениям он быстро стал влиятельной фигурой в области кардиохирургии. Он тесно сотрудничал с пионером гемодиализа Виллемом Колфом и кардиохирургом Дональдом Эффлером из Кливлендской клиники, которые модифицировали АИК Мелроуза и в 1956 году начали применять кардиоплегию на пациентах. Во время предварительного телефонного разговора Мелроуз порекомендовал Эффлеру ограничить продолжительность остановки сердца до 15 минут. Возможно, это указывало на наличие проблем в Хаммерсмитской больнице. Тем не менее Эффлер продолжал операции на остановленном сердце в течение следующих нескольких месяцев. Он сообщал о безопасности и пользе кардиоплегии и считал, что ее должны применять по всему миру. Его коллеги не выражали таких восторгов и откровенно боялись нового метода.

Весной 1959 года из СССР поступил запрос на АИК Мелроуза. Команду Хаммерсмитской больницы пригласили в Москву продемонстрировать работу аппарата. Мелроуза сопровождали Билл Клеланд, Хью Бенталл, анестезиолог Джон Бирд, перфузионист Джон Робсон, операционная сестра Филлис Боутл и выдающийся кардиолог Артур Холлман. Они с полутонной техники прибыли в российский Институт сердечно-сосудистой хирургии на Ленинском проспекте и успешно прооперировали четырех детей с врожденными пророками сердца. У двух из них были сложные дефекты, с которыми хирургам пришлось столкнуться впервые.

Говорят, это был первый случай, когда зарубежных врачей позвали в СССР самим провести обучение, а не дивиться чудесам советской медицины.

Команда Хаммерсмитской больницы внесла свой вклад. Поездка, целью которой стало начало советской кардиохирургии, оказалась настолько успешной, что ее участников поздравило правительство. Сообщается, что заместитель председателя Совета Народных Комиссаров Анастас Микоян обнял Филлис и несколько устрашающе заявил: «Медицина чиста, но политика грязна». Кто с этим не согласится? В качестве награды великолепную команду доставили обратно в Лондон первым рейсом «Ту-104», советской версией «Кометы»[61]. Во время своего визита в Москву Мелроуз встретился с Брюхоненко за год до его смерти и узнал о научно-исследовательских изысканиях, предпринятых им в сталинскую эпоху. Будучи джентльменом, Мелроуз написал статью о работе Брюхоненко для издания British Medical Journal, чтобы о них узнали и на Западе. К сожалению, рассказ о попытоках воскрешения собачьих голов вызвали всеобщее отвращение, в результате чего об автожекторе вскоре забыли.

Когда хирургические бригады начали массово перенимать практику калиевой кардиоплегии, возникли проблемы. Уолт Лиллехай предостерегал от применения этого метода, особенно в случае пациентов с повреждениями сердечной мышцы, например после инфаркта миокарда. Поступали сообщения о фатальной фибрилляции желудочков после 30-минутной кардиоплегической остановки сердца. В ходе вскрытия находили микроскопические признаки некроза миокарда, что свидетельствовало о неэффективности подхода. «Калиевый метод Мелроуза кажется весьма опасным и сомнительным», – категорично высказался Бьорк. В 1960 году, после того как исследователи Американского национального кардиологического института опубликовали в Journal of Thoracic and Cardiovascular Surgery статью о смертях от миокардиального некроза, в США перестали применять кардеоплегию. Предпочтение отдавали альтернативным методам, таким как сильное поверхностное охлаждение сердца солевым раствором или временное пережатие аорты с последующей реперфузией сердечной мышцы.

Отказ от кардиоплегии, разработанной в Хаммерсмитской больнице, вероятно, повлиял на Эйрда, открытого, энергичного и непримиримого.

Хирург, ассистировавший Эйрду во время операции по разделению сиамских близнецов, описал его так: «Человек-вихрь, яркая индивидуальность, движимая страстью и яростью, которые вызывали серьезное беспокойство у друзей».