Хирурги, святые и психопаты. Остросюжетная история медицины

Доттер нервничал, когда выпускал сжатый воздух и извлекал всю конструкцию. Но как только кровь хлынула из места прокола артерии, тревога сменилась ликованием. Стопа женщины сменила цвет на фиолетовый, а нога порозовела. После нескольких минут давления Джадкинса пальцем на небольшое входное отверстие артериальное кровотечение прекратилось, и процедура завершилась. Для того времени ее результат был настоящим чудом. В паху пациентки снова прощупывался пульс, а боль исчезла. Уже через несколько дней инфицированная язва над лодыжкой зажила. Ангиография, проведенная спустя три недели после процедуры, показала, что сильного сужения больше нет. Лору Шоу привезли в больницу на инвалидном кресле, но она триумфально покинула ее на своих ногах.

Одно-единственное вмешательство совершило целую революцию в лечении сосудистых заболеваний.

Бедный Фогарти мог лишь завистливо наблюдать за происходящим из своего хирургического отделения, где его коллеги продолжали враждебно относиться к конкурентам. Однако ему все же удалось посотрудничать с Доттером в работе над одним проектом в 1965 году, когда радиолог опробовал латексный баллон. Вывод? Баллон прекрасно выводил тромбы, но был слишком непрочным, чтобы раздавить атероматозную бляшку. Тем не менее я, будучи хирургом-стажером в Кембридже, спас много пациентов с ишемией нижних конечностей с помощью катетера Фогарти. Как и предполагал Доттер, он прекрасно убирал тромбы и спасал ноги.

Удивительно, но в последующие годы большинство североамериканских кардиологов игнорировали терапевтические возможности катетеров. В Европе все обстояло иначе. Швейцария, Германия и Нидерланды с энтузиазмом применяли транслюминальную баллонную ангиопластику. Несмотря на это, никто не мог предвидеть, что со временем протезы сердечных клапанов и даже сосудистые трансплантаты для аневризм будут устанавливаться с использованием катетеров. Сложно было представить, что ишемическую болезнь сердца удастся победить с помощью катетера для ангиопластики, вызывавший отвращение моих коллег-хирургов. Все начал «сумасшедший» радиолог, который действовал в интересах пациентов.

Сохранение насоса

Если сердцу – хоть одному —

Не позволю разбиться —

Я не напрасно жила!

Эмили Дикинсон

На протяжении веков атеросклероз коронарных сосудов, или прогрессивное сужение кровеносных сосудов сердца, сопровождающееся болью в груди, считалось страшным предвестником либо внезапной смерти, либо неизбежной сердечной недостаточности. Сегодня мы имеем дело с эпидемией атеросклероза, и хотя это заболевание было обнаружено даже у египетских мумий, понадобилось много веков, чтобы соотнести обструктивные бляшки на крошечных артериях с симптомами, которые они вызывают.

Как развивается ишемическая болезнь сердца? Патологи, изучающие эту проблему, отметили, что, как только холестерин и жир начинают скапливаться под эндотелием, гладкомышечные клетки, которые в норме укрепляют постоянно движущуюся стенку артерии, начинают расти и делиться, перекрывая узкий просвет. Факторы, способствующие развитию ишемической болезни сердца, включают повышенный уровень холестерина в крови, высокое кровяное давление, курение, сахарный диабет и ожирение.

Когда великого эссеиста и поэта Сэмюэла Джонсона спросили, кто лечил его заболевание, в итоге оказавшееся смертельным, он ответил: «Доктор Геберден, ultimus Roman orium, последний из наших ученых врачей».

Уильям Геберден был не только проницательным лондонским врачом, но и выдающимся исследователем латинского и иврита и пользовался большим уважением современников. В 1768 году он прочел важную лекцию под названием «Взгляд на заболевание груди» в Лондонском колледже врачей. В своей лекции Геберден впервые описал то, что сегодня называется острым коронарным синдромом: