Хорошая мама vs Плохая мама. Я не злюсь

Полу кажется, что у нас дома бардак, но это не так. Поэтому мне начинает казаться, что он вовсе не замечает всех моих попыток создать уют в нашем доме. Мой труд, напрямую связанный с моей сущностью как матери, невидим для Пола. Тем самым он обесценивает мои усилия.

Когда я усердно готовлю, Олли приходит на кухню и спрашивает:

– Что у нас на ужин?

– Мясной рулет из индейки.

– А что еще?

– Брокколи.

– А еще?

– Апельсины.

– А еще? (и так может продолжаться до бесконечности).

Создавалось впечатление, что Олли совершенно не ценит мой труд. Спланировать рацион на неделю, закупить продукты и приготовить еду для ребенка со своеобразными пищевыми привычками – задача не из простых. Я же хочу, чтобы он был не только сыт, но и здоров.

У каждой мамы есть свои собственные триггеры. Для Кэрри, мамы двух маленьких мальчиков, крики – спусковой крючок. Ей не нужно закрывать глаза и погружаться в воспоминания, как мне. Кэрри выросла в семье с психически больной матерью, которая постоянно кричала.

Крики как триггер – особенно сложный момент, так как помимо детей, «которые кричат во всю мощь своих легких, когда закатывают истерику», ее партнер тоже выражает свой гнев посредством крика. Когда супруг или дети кричат, Кэрри приходится напоминать себе: «Так, злиться – это нормально. Нет, они не такие, как моя безумная мать». Крик активирует амигдалы Кэрри. «В такие моменты я хочу по чему-нибудь стукнуть или сбежать далеко-далеко».

Решив разобраться со своим гневом, а не заталкивать его куда подальше, Кэрри узнала, каковы его причины. Она заметила, что зачастую срывается по вечерам, когда бывает раздражена до предела после непростого дня и чувствует усталость. Кэрри быстрее приходит в ярость в условиях нехватки времени. Особенно когда ей кажется, что нужно успеть сделать миллион дел, а дети ее тормозят. Материнский гнев одолевает Кэрри, когда она не чувствует поддержки со стороны супруга. «Если мы с мальчиками опаздываем в школу, а он решил поспать до обеда, я чувствую себя брошенной. Я одна собираю обеды, одеваю сыновей, мажу их солнцезащитным кремом, отвожу в школу. В такие моменты и рождается мой гнев».

Осознание своих триггеров может помочь предотвратить приступ гнева и сделать выбор в пользу отказа от него. Несмотря на то что реакции «бей – беги – замри» возникают непроизвольно, истинные причины возникновения гнева дают возможность матерям лучше понять себя. Чем больше мы будем знать о своих триггерах и слабых местах, тем быстрее сможем почувствовать приближение приступа. С практикой и поддержкой у нас получится найти источник проблемы раньше, чем активируются амигдалы.

Доказано, что такие практики осознанности, как медитации, снижают уровень стресса и делают амигдалы менее чувствительными к раздражителям. Есть исследования, согласно которым ведение дневника, практика, которая мне наиболее близка, обладает успокаивающим эффектом и помогает справиться со стрессом, тревогой и депрессией. Писательство помогает мне принять и осознать свои эмоции, в том числе и гнев. Когда мы практикуем осознанный подход к событиям, которые послужили триггером, это дает нам возможность остановиться, подумать и предотвратить очередной срыв.

Хотя большую часть работы я проделала сама, ведя дневник, были и другие люди, которые помогли мне понять природу моего гнева. Помимо Нэт я посещала семейного психолога, группу по управлению гневом для матерей и занималась с лайф-коучем Фрэном. Изучение гнева как явления требовало не только глубокого самоисследования, но и поддержки множества профессионалов.

Благодаря тому, что Кэрри осознает, что ее триггерит именно крик, ей удается вовремя остановиться. «Бывает, в гневе я тоже срываюсь на крики. В такие моменты я вспоминаю свою мать и останавливаюсь. Мне не хочется, чтобы мои дети видели меня такой. Им нужна спокойная мама».

Кэрри и ее супруг обращались к профессионалам, чтобы справиться с материнским гневом. Семейный психолог, которого они посещали, однажды сказал, что важно слышать то, о чем переживают их дети, а не решать проблемы за них. Психолог посоветовал научить сыновей правильно выражать эмоции, и тогда родители смогут сопереживать им. По словам Кэрри, когда ее дети делятся с ней своими переживаниями, то ее чувство гнева притупляется. «Когда я занята их тревогами, я не так сильно зацикливаюсь на своих. Это помогает мне держать себя в руках».