Хорошая мама vs Плохая мама. Я не злюсь

Если я и злилась на Олли, то не хотела разговаривать об этом с Полом. Мне было слишком стыдно за себя. К тому же я ненавидела себя в такие моменты больше, чем кого-либо. В своем бронированном панцире из страданий и стыда я была закрыта от Пола, поэтому в основном он предпочитал не трогать меня. Мы находились в одной комнате, но между нами была пропасть.

В такие моменты я чувствовала разочарование. Я была одинока. Пол же никогда не говорил вслух о своих проблемах.

Когда Олли исполнилось три года, на парной терапии я не выдержала и высказалась:

– Иногда мне кажется, что у тебя совершенно нет проблем с воспитанием нашего сына.

– Конечно есть! – ответил он.

– Тогда почему ты никогда не жалуешься? Почему не ловишь мой взгляд из другого конца комнаты и не закатываешь глаза, когда наши дети балуются?!

Вроде бы мелочь, но простой обмен взглядами с мужем в такие моменты заставил бы меня чувствовать связь с ним и его поддержку.

– Я не хочу закатывать глаза из-за своих детей, – ответил Пол, тем самым заставляя меня чувствовать себя до ужаса отвратительной мамой.

«Так не должно быть», – с грустью подумала я. Родители не должны в одиночку решать проблемы, связанные с воспитанием детей, замалчивая их, словно нечто постыдное.

Пример Кэрри и ее супруга, которые оба страдают от вспышек гнева, показывает, что родители могут объединиться и справиться с тяготами воспитания рука об руку. «Благо совместного родительства заключается в том, что, когда муж рядом, я могу сказать: “Я сейчас сорвусь, выручай!”», – признается Кэрри. В контексте материнского гнева связь между Кэрри и ее партнером очень важна. Когда между ними что-то не ладится, по словам Кэрри, справляться с истериками детей ей вдвойне тяжелее. «Но когда у нас все хорошо, мы можем хотя бы посмотреть друг на друга через всю комнату и вместе закатить глаза. И это придает мне сил».

Когда Кэрри находится в фазе гнева в цикле «материнского гнева», муж иногда выводит ее из комнаты и говорит: «Я пытаюсь тебе помочь. Позже ты будешь злиться на себя за свою злость». Иногда это не срабатывает, и она бросает что-то вроде: «Боже, какого черта? Ты совсем меня не поддерживаешь!» Но в других случаях она прислушивается к словам супруга и прекращает злиться, терпеливо продолжая разговор или просто уйдя в другую комнату, чтобы остыть.

После того как гнев утихает, они часто обсуждают произошедшее и ищут способы избежать подобного в дальнейшем. Кэрри признает, что если решение проблемы исходит от того родителя, который не срывался, то это может не сработать. Разгневанный родитель в такие моменты может почувствовать осуждение, поэтому они придумали несколько обходных путей.

• Нераздраженный родитель начинает разговор с сочувствия: «Да, я знаю, что это тяжело».

• Нераздраженный родитель использует ранее согласованные формулировки, которые не кажутся триггерными: «Это нехорошо для наших детей; мы не хотим, чтобы они сталкивались с этим ежедневно».

• Пара обнимается и обсуждает то, что они могут сделать, чтобы подобное больше не повторилось.

Когда Кэрри говорит об объятиях, я представляю себе спортивную команду. Этот именно командный аспект, похоже, является ключевым для предотвращения вспышек гнева. Быть в одной команде – то, что мне нужно. Быть в одной команде – это переглядываться с мужем, пока дети устраивают нам очередной концерт. Я пыталась вовлечь Пола в свой процесс борьбы с гневом, как это делали Кэрри и ее супруг. Мы обсуждали идею о том, чтобы он приходил мне на помощь, когда я начинаю выходить из себя, потому что в такой ситуации бывает очень тяжело взять эмоции под контроль и попросить о поддержке. Когда Пол пытался взять на себя ответственность без моей просьбы, я зачастую злилась еще сильнее, потому что казалось, он видит лишь мой гнев, а не его причину. Вместо одобрения, эмоциональной связи или поддержки я чувствовала осуждение. Я не завидовала Полу в этой ситуации. Встать на пути у того, чья кровь кипит от гнева, – опасное дело, требующее большой осторожности, это как зубы тигру почистить.

Мэгги, мама близняшек, которая проводит «круги признаний» со своей семьей, воспользовалась парной терапией, чтобы обсудить с мужем то, как он может помочь ей распознать подступающую вспышку гнева и нейтрализовать ее. Консультант предложил им придумать фразу, которую может произнести муж Мэгги. В то время их девочки часто смотрели мультфильм «Тигренок Даниэль и его соседи». Супруги решили, что муж Мэгги будет говорить фразу из песни: «Сделай глубокий вдох и отпусти!» Но когда он попробовал это сделать, Мэгги пришла в такое же негодование, что и Кэрри, и я, когда наши партнеры пытались помочь нам. «Это звучит так, будто я веду себя как сумасшедшая!»