Христианство. Три тысячи лет

Торговля опиумом приобрела колоссальные масштабы, что привело на всей территории Китайской империи к разгулу наркомании, который власти безуспешно пытались обуздать – главным образом путем запрета на ввоз товаров и уничтожения судов с наркотиками по прибытии. Не желая лишаться прибылей, в 1839 году Великобритания развязала войну, и благодаря техническому превосходству одерживала победы на суше и в море. Миссионеры прибыли в связи с этим едва ли «сугубо добродетельным» результатом, поскольку Нанкинский договор в 1842 году не только разрешил торговлю, но и отменил имперский запрет на христианство, провозглашенный веком ранее. Немало миссионеров, прибывавших в страну, были непосредственно связаны с торговлей опиумом. Трюмы были забиты ящиками с наркотиком, и в целом миссионерская работа финансировалась путем системы кредитов, которую поддерживали торговцы опиумом, не говоря уже о средствах, которые миссии получали непосредственно от фирм, связанных с торговлей (иными словами, практически от всех западных коммерческих предприятий, торгующих с Китаем).[1721] И для китайского народа, и для властей Китая миссионеры были неразрывно связаны с нападками на фундаментальные представления китайцев о мире. Осознание военного поражения и социальные проблемы, вызванные торговлей опиумом, побудили простых китайцев проявлять враждебность не только к миссионерам, но и к собственному правительству: многие понимали, что правящая династия Цин, маньчжурская по происхождению, по сути дела так же чужда им, как британские и французские мучители.

Тайпинское восстание

Противоречивая смесь народного гнева и интереса к западной культуре стала топливом для Тайпинского восстания, вспыхнувшего в 1850 году. Его первый идеолог и лидер Хун Сюцюань четыре раза упустил шанс воспользоваться традиционным и незаменимым ключом к успеху в Китае – выдержать экзамен, необходимый для того, чтобы занять пост чиновника. В состоянии нервного срыва он начал читать христианские книги, поощряемый молодым американским миссионером. Уверовав, что он избран Богом на роль лидера, Хун Сюцюань начал проповедовать о своих видениях и об искупительной силе Иисуса. Его движение представляло собой гремучую смесь ностальгии по временам династии Мин, традиционного бунтарского стремления положить конец коррупции, и беспорядочных идей, почерпнутых из христианских источников, в том числе идеи социального равенства. Все это объединяли божественные видения Хун Сюцюаня.[1722] В середине века во всем мире внезапная эскалация западного вмешательства в традиционные культуры привела к такому идеологическому синтезу, в котором излюбленной гальванизирующей силой становилась христианская идея Последних времен – как правило, с опустошительными последствиями. Так, в то же десятилетие когда произошло восстание тайпинов, народ коса (кафры) в Южной Африке предприняли попытку уничтожить весь свой скот: их прорицательница, девушка по имени Нонгкавусе, убедила их, что они должны очиститься от скверны, готовясь к возвращению прежнего вождя коса, якобы в то время командовавшего российскими войсками, сражавшимися против британцев на Крымской войне. Этот вождь должен был принести народу коса новое изобилие. Однако вскоре коса поняли, что за свою ошибочную набожность они будут вознаграждены только страшным голодом и смертью; та же «награда» ждала и тайпинов.[1723]