Хрупкие связи. Как раненый нарциссизм мешает нам жить в мире с собой и другими

Нарциссизм, столкнувшись с травмирующим воздействием реальности, в стремлении к самосохранению направляет свои разрушительные механизмы не столько на внешние угрозы, с которыми он ничего не смог сделать, сколько на внутренние аспекты личности. Он начинает атаковать не просто само Я, а самые живые, уязвимые, чувствительные и нуждающиеся в поддержке части психики. И вместо того, чтобы стать основой развития личности, научиться переживать тепло и привязанность, они вдруг становятся изгнанниками – лишними, опасными, объектами страха и нападок.

В психике формируется образ Плохого Я – носителя бремени неполноценности, дефектности и стыда. Это внутренняя часть, на которую возлагается вся ответственность за то, что травма не была предотвращена, и за страх, что она снова может повториться. Плохое Я становится тем, кого надо подавить, исправить или уничтожить, чтобы, как считает нарциссизм, защитить психику от новых травматических переживаний.

Основной объект агрессии – уязвимость. Плохое Я обвиняется за свою зависимость от других, свои чувства и потребности. «Ты был слишком слаб, поэтому так случилось», – словно говорит внутренний голос.

Нарциссизм не может позволить себе снова испытывать боль, связанную с невниманием, отсутствием отклика или любви. Поэтому потребности Плохого Я – в зависимости, заботе, тепле, поддержке – превращаются в запретные.

Они подавляются, отрицаются и покрываются стыдом, чтобы больше никогда не столкнуться с потенциальным отвержением, риск которого существует всегда. И только избавление от самих желаний и потребностей, нужды и зависимости как будто становится гарантом того, что мы не будем испытывать боль.

Главный источник агрессии – фигура Внутреннего Родителя, который тоже оказывается расколотым. Теперь он представляет собой только теневые части реальных родителей: те, которые не любили, не заботились, обесценивали и покидали. Теперь плохая часть Внутреннего Родителя и наше Плохое Я становятся вечной парой, один из которых точно так же не любит, критикует, обесценивает и пренебрегает интересами и чувствами другого. И первый никогда не будет удовлетворен и расслаблен настолько, чтобы дать послабление и амнистию для второго. «Ты недостаточно хорош, ты должен исправиться», – настаивает Внутренний Родитель. Любовь и принятие, по его мнению, можно получить только в обмен на идеальность, на совершенное соответствие ожиданиям. Но поскольку у нас нет больше никакого Я, кроме Реального, то оно, со своими несовершенствами и ошибками, просто обречено вечно проигрывать в этой гонке. Да, собственно, это и неважно. Потому что никакого контакта с Реальным Я наш нарциссизм просто не допускает.

Плохое Я становится мишенью постоянной критики за то, что не может исправить себя до уровня, которого требует Внутренний Родитель.

Таким образом, психика оказывается в замкнутом круге: уязвимые части Самости атакуются за свои естественные потребности, а любые попытки исправления усиливают ощущение собственной дефективности, поскольку никогда не заканчиваются ничем дотягивающим до уровня Идеального Я.

Эти внутренние атаки создают глубокий конфликт, который пронизывает всю психическую систему. Человек ощущает:

• стыд за свою уязвимость и нужду. Любые проявления зависимости воспринимаются как слабость, вызывающая ненависть к себе.

• чувство несоответствия. Невозможность стать тем, кого можно было бы любить, приводит к бесконечным попыткам самосовершенствования и самоисправления.

• чувство внутреннего разрыва. Связь с живыми спонтанными аспектами Самости теряется, остается лишь холодная, контролирующая часть личности.

• эмоциональную изоляцию. Плохое Я прячется от других, чтобы не быть замеченным и снова отвергнутым.

Атака на родителя: конфликт любви и агрессии

Я сейчас говорю не про наше настоящее, а про тот период, когда мы переживали свои первые нарциссические травмы. Атака на свое Я – это обращение агрессии на ее первый объект, а атака на родителя – попытка справиться с болью от его несовершенства.

Ведь родитель – не просто человек, а целая система координат, в которой мы росли, формировались и осознавали себя. Это тот, кто давал саму жизнь, кормил, учил завязывать шнурки и диктовал, что хорошо, а что плохо. Как признать, что родитель может ошибаться, предавать или причинять боль? Это так же сложно, как признать, что земля под ногами может в любой момент затрястись, а мы – оказаться в опасности.