Хрупкие связи. Как раненый нарциссизм мешает нам жить в мире с собой и другими

– Когда я приходила к маме со слезами, она говорила: «Не будь нытиком, это же ерунда». Ей, наверное, хотелось, чтобы я быстрее успокоилась, ей казалось, что так лучше. Но я чувствовала, что грустить и бояться стыдно, это раздражает ее. Все внутри замолкало, чтобы ей не мешать.

Материнский голос превратился во внутренний голос моей клиентки: «Ты должна справляться сама. Не чувствуй, не будь слабой». И теперь, даже когда ей действительно больно, она запрещает себе плакать и просить помощи.

Мы оказались разочарованы в родителях, не имея внешней поддержки, чтобы пережить это.

Изначально все дети рождаются и растут в ощущении всемогущества своих родителей. «Ты совершенен, я похож на тебя, поэтому я тоже совершенен». Постепенно мы встречаемся с их неидеальностью и можем пережить ее. Но бывают такие сильные и болезненные разочарования, которые невозможно «переварить». Особенно в одиночку. Например, часто это ситуации несправедливого наказания, которое человек запоминает на всю жизнь. После такого родители превращаются в свою противоположность. Мы как будто лишаемся опоры под ногами, теряя веру в того, кто раньше был хорошим.

Мы не могли злиться на родителей.

Возможно, нам казалось, что злиться на родителей нельзя. Действительно, нам часто говорили, что это недопустимо. Или что нельзя злиться, если любишь человека. Или нашу злость не выдерживали, называя нас плохими. Или мы пугались, что своей злостью разрушим связь с мамой и папой или самих родителей, которые не заслуживают такого отношения. Но ведь мы не могли вообще не испытывать эмоций?

Одна моя клиентка так и сказала:

– Я просто не имею права злиться на маму. Как будто если я буду злиться, то тогда придется признать, что она и вправду такая: жестокая, равнодушная. Получается, если я действительно испытаю чувство злости, то как будто потеряю маму вообще.

Нам запрещали быть собой.

Понятие «быть собой» включает в себя многое. Хотеть и не хотеть, нуждаться в чем-то, испытывать чувства, проявлять их и пр. Когда этого не выдерживают или отвергают, то со временем в нас формируется Плохой Внутренний Родитель, который не разрешает радоваться, грустить или бояться. То есть он теперь выполняет те задачи самосохранения, которые нам пришлось когда-то решать, чтобы нас не посчитали плохими и не отвергли.

Одна моя клиентка сказала с горечью:

– Мне надо было каждый раз прятать желания и чувства, потому что все время оказывалось, что они неправильные. Сейчас я профессионал в том, чтобы прятать себя. И чем больше я от себя откажусь в любом контакте, тем я больше собой довольна. И мне так больно, когда люди не делают этого в ответ! Я думаю: «Я ведь ради вас стерла себя. А вы что?»

Нас заставляли быть лучше, чем мы были и могли быть.

Иногда мы сталкивались с родительскими ожиданиями, которые казались слишком высокими. Или вообще невыполнимыми. Например, не плакать, когда больно. Или успевать делать много дел, не испытывая усталости, не жалуясь и не допуская ошибок. От нас требовали быть успешными, послушными, лучшими. Любая неудача воспринималась как полный провал, и тогда все хорошее, что в нас было, как будто обнулялось и не засчитывалось.

Приведу интересный пример из книги «Психологическое рождение человеческого младенца»[6]: «Один из наблюдаемых случаев касался матери, которая активно подталкивала своего младенца к ранней независимости. Она настаивала на том, чтобы ребенок самостоятельно сидел и стоял, несмотря на его очевидное сопротивление и неготовность. Когда ребенок плакал и искал утешения, мать отказывалась брать его на руки, считая, что так “избалует” его. Вместо этого она поощряла его “быть самостоятельным”, интерпретируя его потребности через свои собственные взгляды на силу и независимость.

Последствия:

• Ребенок проявлял ранние признаки тревожности: он постоянно оглядывался на мать, но боялся к ней приблизиться, опасаясь, что его попытки сблизиться будут отвергнуты.

• В процессе наблюдений у ребенка появились колебания между чрезмерной зависимостью (например, требовательный плач) и попытками отстраниться, что стало ранним признаком амбивалентности в привязанности.

• Такая мать создавала в ребенке ощущение, что его естественная потребность в поддержке и утешении – это что-то неправильное, что впоследствии могло стать основой для внутреннего конфликта и недоверия к собственным чувствам».

Нарциссические потребности родителей (расширяться и повышать свою самооценку за счет безупречности или успешности ребенка), конечно, не проходят даром. Это поселяет в нас Внутреннего Родителя, который будет поступать так с нами всегда.

Слияние боли и любви.