Кинжальщики. Орден низаритов без легенд и мифов

Саладин не преминул воспользоваться плодами своей победы, овладевая городом за городом. Вершиной его триумфа было принуждение султанскими войсками к сдаче Иерусалима, вожделенного аль-Кудса. Хотя графу Триполийскому и князю Антиохийскому и удалось сохранить большую часть своих владений, от Иерусалимского королевства – главного из гсударств, основанных в Святой Земле «вооруженными паломниками» из Европы – не осталось почти ничего (кроме портового города Тир). Будучи единственным городом, не сданным крестоносцами Иерусалимского королевства «сарацинам» (не считая нескольких изолированных замков, обороняемых немногочисленными гарнизонами), древний Тир (современный Сур в Ливане) стал прибежищем всех уцелевших «франков», не утративших боевой дух и намеренных продолжать бороться с «агарянами». Некоторое время Саладин осаждал этот портовый город, казалось, не имевший шансов выдержать осаду. Однако, в определенный момент, явно достойный быть названным, говоря словами Стефана Цвейга, «звездным часом человечества» (то есть оказавшим сильнейшее влияние на дольнейший ход мировой истории), Саладин (вероятно, уверенный, что Тир никуда от него не денется, что он может без труда овладеть городом в любое время, когда пожелает), решил не слишком торопить ход событий.

Тем не менее, все равно казалось, что часы Тира сочтены. Однако, несмотря на кажущуюся безнадежность положения города, ситуация резко изменилась с прибытием в порт 14 июля 1187 года корабля на борту которого находился ломбардский маркграф (или маркиз) Конрад Монферратский. Он прямо-таки на всех парусах «влетел» в исторические анналы Крестовых походов и в самую сердцевину легенды об «ассасинах». Конрад был героем и авантюристом по натуре. Человек сомнительных моральных устоев (он развелся со своей первой женой просто потому, что решился на другой женщине, и это шокировало тогдашних моралистов, осудивших маркиза за это, как за двоеженство), он произвел своим внезапным появлением эффект разорвавшейся бомбы, породив у отчаявшихся тирийцев надежду на спасение. Присутствие Конрада – опытного воина и военачальника – вселило в осажденных «франков» новые силы и заставило их сражаться с большим пылом. Маячивший у них перед глазами неизбежный конец стал казаться не столь предрешенным. Сам Салах ад-Дин ничего не мог поделать с неукротимым итальянцем. Даже угроза Саладина убить отца Конрада (попавшего в плен к сарацинам вместе со всей «франкской» верхушкой в ходе Хиттинской кампании), если маркиз не сдаст Тир, не возымела ожидаемого эффекта. В итоге осада была снята.

В результате район Тира превратился в плацдарм для возможного контрнаступления «многобожников» вглубь материка для отвоевания у «агарян» Иерусалима. «Франки» прекрасно понимали, что их шансы на успех почти равны нулю. Шли жаркие споры о том, кому быть королем Иерусалимским (пока что, до отвоевания Святого Града и восстановления Иерусалимского королевства – хотя бы титулярным, символическим). Хотя было бы лучше оставить эти споры на потом, на время после очередного изгнания «франками» из Иерусалима «агарян»…

За «виртуальный» титул короля Иерусалимского боролись два претендента и конкурента. Первый из них – Ги, или Гвидо(н), де Лузиньян, предыдущий король Иерусалима – был слабохарактерным человеком, законность притязаний которого ни иерусалимский престол всегда многими ставилась под сомнение. Многие «франки» были недовольны его бездарным правлением (закончившимся Хиттинской катастрофой и пленением самого короля-неудачника Саладином), и противопоставляли ему своего кандидата – смелого и энергичного Конрада Монферратского. Однако никакие споры, никакая борьба за «виртуальную» корону не могли скрыть печального для «франков» факта практической утраты крестоносцами большинства «заморских» территорий, особенно – Иерусалимского королевства. То, что от него осталось, было почти нежизнеспособным. Поэтому по всей Европе, вырванной из своей апатии грозной вестью об утрате Иерусалима, с подачи папы римского прокатился клич, призывавший к новому «вооруженному паломничеству», названному впоследствии III Крестовым походом. На этот раз «вооруженные паломники» избрали своей главной целью порт Акру. Город, обороняемый сарацинским гарнизоном, был осажден крестоносцами. Третье по счету «вооруженное паломничество» европейских «троебожников» возглавляли король Франции Филипп II Август и король Англии Ричард I Львиное Сердце. Третий глава крестоносцев – король Германии и император Священной Римской империи Фридрих I Гогенштауфен по прозвищу «Рыжебородый» (или, по-итальянски – Барбаросса), племянник упоминавшегося выше крестоносца-неудачника Конрада III, до Святой Земли не добрался, утонув по пути в реке Салефе (Селифе).