Кинжальщики. Орден низаритов без легенд и мифов

А вот отношения сирийских «батинитов» с «франками» из «Заморья» складывались не так просто, как с дамасскими суннитами. Поначалу преемники Синана пытались добиться взаимопонимания с непредсказуемыми, вспыльчивыми «многобожниками», все еще оккупировавшими становившуюся все более узкой полосу побережья Земли Воплощения. После гибели невенчанного короля Иерусалимского Конрада Монферратского, сраженного кинжалом неизвестного убийцы, в котором подозревали низарита, реальное правление Иерусалимским королевством (вновь лишившимся Иерусалима, ненадолго возвращенного «многобожникам» при римско-германском императоре Фридрихе II Гогенштауфене, о котором еще пойдет речь далее), осуществлялось графом Генрихом (Анри) Шампанским, родственником одновременно двух европейских королей-соперников – Ричарда I Английского и Филиппа Августа Французского, а также Конрада Монферратского (на беременной вдове которого – королеве Изабелле Иерусалимской, он женился). Этот король Иерусалимский не был коронован (из-за конфликта с несколькими баронами «Заморья», отказавшимися в результате поддержать его притязания на трон), однако достаточно эффективно (хотя и недолго) управлял своей куцей «державой» вплоть до своей внезапной и трагической гибели (Анри Шампанский разбился насмерть в 1197 году, выпав из окна своего дворца в Акре[37]).

В начале своего краткого правления он совершил поездку на север, в Антиохию, чтобы разобраться со вспыхнувшими там очередными беспорядками (в этом не было ничего необычного; Антиохия всегда была обособлена от остального «Заморья», и князья Антиохийские давно уже были известны своим неприкрытым стремлением к независимости от королей Иерусалимских). По пути Генрих Шампанский приблизился к району расположения большинства крепостей сирийских низаритов. Дело было в 1194 году, вскоре после потери низаритами Синана, так долго направлявшего и вдохновлявшего их выдающегося лидера. Его преемник, вероятно, немного растерявшийся ввиду внезапной утраты отеческой опеки и надежного руководства, к которой «мульхиды» Сирии успели привыкнуть за долгие годы правления «Горного старца», решил попытаться улучшить отношения с «франками». Король Ричард Львиное Сердце к тому времени уже отбыл в свою добрую старую Англию (добраться до которой он сумел, однако, далеко не сразу, лишь «отмотав срок» в нескольких тюрьмах, в которые был поочередно заключен своим недругом – римско-германским императором Генрихом VI Гогенштауфеном). А султан Миера и Шама Саладин, так долго игравший ведущую роль в левантийской политике, незадолго перед тем скончался. Как бы то ни было, казалось совершенно ясным, что его преемники непременно вцепятся друг другу в глотки в борьбе за лидерство в части «дар-аль-ислама», прилегающей к Срединному морю. Вскоре этот многострадальный регион оказался охвачен очередной смутой, наступил очередной период нестабильности. Сирийским низаритам срочно потребовались друзья и союзники.

И потому, узнав о том, что мимо их владений проезжает Анри Шампанский, «мульхиды» Сирии выслали навстречу ему представительную делегацию с предложением дружбы и взаимопомощи. Некоронованный король Иерусалима был весьма обрадован открывшейся перспективой на новый выгодный ему альянс. В конце концов, двадцатью годами ранее сирийские низариты уже предлагали «франкам» Леванта заключить формальный военно-политический союз, да и вообще, отношения между «батинитами» и «многобожниками», в силу обстоятельств, нередко приобретали весьма дружественный характер. Порой в соседних крепостях более или менее мирно сосуществовали низаритский наместник и «франкский» барон. Мало того! «Франкский» барон мог нанять низаритских «фидаинов», чтобы их руками устранить своего христианского недруга. Правда, последние годы правления «даиса» Сирии Синана были сопряжены с некоторыми сложностями в «мульхидско»-«франкских» отношениях. А уж заклание Конрада Монферратского явно охладило чувства его сторонников в «Заморском королевстве» к низаритам, которых громогласно (хоть и голословно) обвиняли в организации этого «резонансного» теракта. Однако даже если убийство маркиза Конрада было и впрямь совершено «мульхидами» (как полагали «многобожники»), оно имело свои плюсы для Генриха Шампанского. Во-первых, оно расчистило ему путь к иерусалимскому престолу. Во-вторых, напомнило ему о том, что и он не застрахован от аналогичного покушения, и потому ему было бы лучше иметь в лице «ассасинов» не врагов, а друзей. В результате король Генрих охотно согласился последовать приглашению сирийских низаритов посетить их расположенный неподалеку замок-рибат аль-Каф, где пребывал их новый лидер и где «мульхиды» Сирии не замедлили устроить прибывшему на «саммит» высокому гостю представление, надо полагать, запомнившееся ему на всю оставшуюся жизнь.