Князь и митрополит. Первый кризис Русской церкви (1049-1058)

Сам корсунский рассказ летописи, как мы видели выше, восходит к 1060‑м – началу 1070-х годов, то есть не уступает по древности нарративу Иакова Мниха, писавшего после 1051 года, а его источники еще древнее, что подтверждает наличие его сюжетов в ранних текстах о Владимире. Рассказ о слепоте и прозрении русского князя (правда, не Владимира, а его брата) в связи с крещением передает Петр Дамиани, писавший до 1072 года[195]. Связь крещения Владимира и брака с византийской принцессой подчеркивает Яхъя Антиохийский, чья «Летопись» заканчивается на 1034 годе: «И заключили они между собою договор о свойстве и браке царя русов с сестрой царя Василия, после того как он поставил ему условие, чтобы крестился тот и весь народ [его] великий. И не причисляли себя русы тогда ни к какому закону и не признавали никакой веры. И послал к нему царь Василий после этого митрополитов и епископов, и они окрестили царя и всех, кого охватывала его власть, и отправил [Василий] к нему сестру свою (она построила много церквей в стране русов). Когда же факт брака между ними утвердился, прибыли войска русов также…»[196] О той же связи между женитьбой на Анне и крещением Владимира и Руси говорит Степанос Таронеци (Асохик), закончивший свою «Историю» в 1004–1005 годах: «…просил царь Василий у царя Рузов в то время, когда он выдал сестру свою замуж за последнего. В это же самое время Рузы уверовали во Христа»[197]. На прямое участие византийской принцессы-невесты в крещении Владимира указывает Титмар Мерзебургский, писавший до 1018 года: «Он взял жену из Греции… По ее настоянию он принял святую христианскую веру…»[198] Все эти свидетельства указывают на то, что сюжет о роли Анны Багрянородной и брака с ней в крещении Владимира, несомненно, существовал уже в начале XI века.

Примечательно, однако, что осаду Корсуни-Херсона в контексте крещения и женитьбы Владимира упоминают только древнерусские источники, тогда как вне Руси мы имеем лишь одно случайное упоминание о взятии города «тавроскифами» у Льва Диакона («История» 10, 10), в истолковании явления кометы Галлея. Конечно, на роль корсунского клира и реликвий в христианизации Киева указывают как другие летописные статьи, имеющие раннее происхождение (в том числе упоминание Анастаса в 1018/19 году[199]), так и древняя русская традиция, связанная со св. Климентом и упоминаемая в связи с Корсунью Иаковом Мнихом, что указывает на его знакомство с «корсунским преданием», если даже не с летописным рассказом. Но в ранних восточных источниках (у Асохика и Яхъи) крещение Владимира связывается не со взятием города, а с договором о помощи русского войска императорам Василию и Константину, так же как и его брак с Анной (последний – и у Иоанна Скилицы («Обозрение истории» 16, 17)). Эта версия крещения Владимира (отразившаяся частично и у Титмара) – самая ранняя с точки зрения содержащих ее источников.