Комментарии к материалистическому пониманию истории

Еще раз: политаризм, это такая общественная формация, при которой коллективный субъект (государство) выступает на социальном поле как тотальный и единственный, или доминирующий субъект. Все остальные субъекты при этом выступают либо как агенты этого «сверхсубъекта», либо как его сателлиты. В этом отношении советский индустрополитаризм, с одной стороны, глубоко типичен, с другой стороны – являет новую, ранее не известную форму политаризма. Все предыдущие формы политаризма были характерны для аграрных обществ. На этой базе политаризм был эффективен, он был адекватен ей, и мог существовать тысячелетия. Но невозможно говорить о подобной же эффективности и адекватности в отношении политаризма как формации индустриального общества. Возникновение индустрополитаризма разумно рассматривать как вероятностную закономерность, действующую в ряде стран при их переходе из аграрного состояния в индустриальное.

Таким образом, последние 300 лет Россия непрерывно пытается преодолеть барьер, отделяющий аграрное общество от индустриального, политарное общество от капиталистического. В этом отношении советский индустрополитаризм является контрдвижением. Но не в чистом смысле этого слова. Фактически, мы имеем дело, с суперпопыткой осуществить построение индустриального общества путем мобилизации всех ресурсов старых, традиционных методов, то есть методов политаризма. Здесь новое содержание оказывается в глубочайшем противоречии старой форме.

Можно выявить следующие основные черты советского индус-трополитаризма: Государство – главная ценность и доминирующий субъект во всех сферах социального поля: общенародная (де-факто, государственная) собственность на деле оказывается собственностью коллективного собственника – бюрократии. Партийно-хозяйственная номенклатура – это класс политархов, список лиц, допущенных к владению, распоряжению и использованию, и, в то же время, реестр лиц, представляющих власть владеть, распоряжаться и использовать. Партийное государство. Сохранение либо восстановление в новых одеждах старых политарных черт: традиционность, консерватизм, патернализм, примат коллективного перед индивидуальным, общинность, круговая порука, произвол, культ правителей и господствующей идеологии, монологизм…

Все эти черты выглядят мало привлекательно и, очевидно, что большевики создавали подобную структуру не из любви к ним. Они руководствовались соображением максимальной эффективности и надеялись перемолоть все отрицательные последствия своих шагов. В ситуации гражданской войны и хаоса, в ситуации последующей стремительной индустриализации политарная структура оказывалась наиболее действенной. Индустрополитаризм обладает исключительной способностью к мобилизации во всех сферах, что порождает устойчивость в момент кризиса. Он может заплатить любую цену за достижение желаемого результата и в силу этого способен к рывку в нужном направлении.

Советский индустрополитаризм сложился не сразу, его формирование шло в несколько этапов.

Гражданская война. Как мы отметили выше, события октября 1917 г. не были социалистической революцией, хотя и проходили под социалистическими лозунгами. Безусловно, первоначально большевиков поддержали крупные индустриальные центры: значительная часть пролетариата и различные городские слои. В период гражданской войны, время от времени большевики опирались на поддержку крестьянства. Это происходило в те моменты, когда интересы крестьянства ситуативно сближались с интересами большевиков. Но по мере разворачивания гражданской войны поддержка вышеозначенных сил стремительно убывала. К 1921 г. большевистская власть оказалась в социальном вакууме. В результате деиндустриализации пролетариат большей частью рассеялся, а оставшаяся часть находилась в пассивной оппозиции. Недовольство же крестьянства вылилось в масштабную крестьянскую войну.

Большевики удержались у власти и победили не за счет поддержки пролетариата и крестьянства, а за счет опоры на гигантский государственный, бюрократический аппарат и безусловную поддержку национальных меньшинств. Поскольку же гражданская война была борьбой «бессильных», эти два фактора оказались решающими.