Конфликт, война и революция: Проблема политики в концепциях международных отношений

Второй вызов капиталистической власти – наследие ее идеологической силы, действовавшей на тех, кто участвовал в ее исполнении, будь то в качестве прямых функционеров или же выгодополучателей капиталистической власти. Многие представители этого обширного класса слабо связаны с предшествующим государством, но в то же время не могут они подписаться и под революцией, а потому готовы стать контрреволюционерами и противниками. По мере развития революции развивается и ширится революционное сознание, однако этот процесс осложняется преобладанием дореволюционного сознания. И его тоже нужно по определению сокрушить. Замена сознания прежнего режима требует создания нового человека (или нового человечества). Но этой цели нельзя достичь за день или за какое-то относительно короткое время, что Ленин понял в ходе революции. С другой стороны, хотя процесс создания нового революционного человечества – процесс долгосрочный и способный растянуться на несколько поколений, преобладание контрреволюционного сознания остается вечной угрозой. Сложность и исторический масштаб такого культурного и идеологического изменения усугубляются тем, что революционный процесс завершится лишь тогда, когда революция произойдет во всем мире. Поэтому революции всегда грозили контрреволюционеры – как внутри страны, так и за границей.

Эти внутренние и внешние угрозы заставляют революцию постоянно сражаться со своими противниками, что определяет институциональную организацию государственных механизмов, использованных для осуществления диктатуры пролетариата. Ленин так и не завершил «Государство и революцию», погрузившись в реальность самого процесса революции. Он умер в 1924 г., на раннем этапе революции, когда она была ограничена территорией бывшей Российской империи. Русская революция не привела к глобальной революции. Так, восстания 1919 г. в Германии и Венгрии, поднятые по примеру большевиков, были подавлены. Изоляция СССР в будущем создаст проблемы для преемников Ленина и для революционного движения в целом, поставив, в частности, вопрос о том, может ли пролетарская революция добиться успеха в отдельно взятой стране (пусть и большой). Уже в 1919 г. в Москве был основан Коминтерн, или III Интернационал, призванный способствовать мировой революции путем поддержки истинно революционных групп и деятелей по всему миру. Подпольная деятельность профессиональных революционеров, характерная для первого этапа жизни Ленина, стала обычной карьерной траекторией для революционеров из самых разных стран. Они приезжали в Москву, чтобы припасть к коммунистическому учению и отточить ключевые навыки, или же подпадали под влияние агентов, прошедших обучение в Москве и занятых созданием коммунистических партий по всему свету. Преемники Ленина, особенно Сталин, стали лидерами глобального движения, основанного на первом в мире социалистическом государстве. Однако отношения Москвы и других компартий стали сложным вопросом, особенно вследствие становления коммунистических партий в странах, стремившихся свергнуть владычество западных имперских держав. Особенно эта проблема оказалась важной для второго по значению вождя коммунистической революции, единственного соперника Ленина в этой роли, Мао Цзэдуна.

Революция и вызов империализма: Развитие ленинизма Мао

Как и для Ленина, для политической и революционной теории Мао главным вызовом стал империализм, но в этом плане Мао пошел значительно дальше Ленина. Предметом его мысли стали сложные отношения между руководством первой социалистической революции и подчиненным статусом Коммунистической партии Китая (КПК), победившей в 1949 г., после чего, в 1950-х годах, Мао избавился от влияния Москвы. Ленин понимал империализм в качестве новейшей фазы развития глобального капитализма, объяснявшей устойчивость европейских капиталистических держав и войну между капиталистическими государствами. Тогда как для Мао империализм был живым опытом формирования его самого в качестве политика, знакомого с японской экспансией 1890-х годов и западными имперскими «концессиями» на китайской территории, сохранившимися после создания республики и Первой мировой войны. Эти ограничения китайского суверенитета, основанные на договорах, закрепляли подчиненный статус Китая, подвластного более сильным в военном отношении западным державам. Хотя договоренности Китая с западными странами были замаскированы юридическими соглашениями, они отражали неравные возможности двух сторон. Китай был вынужден принять унизительные для него условия, которые осложняли международные отношения вплоть до конца XX в., особенно в связи с вопросом Гонконга.