Читаем Конфликт, война и революция: Проблема политики в концепциях международных отношений полностью

Также на интеллектуальное становление Мао повлиял более общий империализм идей, а также сила экономического капитализма, проявляющаяся в эксплуатации. Сначала он получил классическое китайское образование, но потом оно было дополнено влиятельными западными мыслителями, ставшими доступными благодаря открытости Китая Западу и признанию им относительного успеха западного экономического и технологического развития. Многие китайские мыслители обратились к западным идеям, стремясь найти такие теории модернизации, которые бы объясняли относительный упадок Китая с начала XVIII в., а также рецепты быстрых технологических и социальных изменений. Это стремление еще больше подстегивалось ускоренной модернизацией в Японии. За несколько десятилетий Япония рассталась со своей практически полной культурной и экономической изоляцией и стала современной военной державой, сумевшей нанести решительное поражение русскому флоту в войне 1905 г. Марксистские идеи составляли часть этих размышлений о модернизации, питаемых западными идеями. Однако начиная с 1917 г. марксизм (под руководством Ленина) перестал быть всего лишь теорией современности и стал глобальным революционным проектом, управляемым из Москвы. Успех Октябрьской революции и победа Красной армии в Гражданской войне явились для Ленина и его последователей доказательством того, что их конкретный анализ проблемы позднего империалистического капитализма как революционного момента был верен, и это давало им власть над коммунистами из разных стран. Ленин показал путь, а потом его тога вождя перешла Сталину. Борьба коммунистов в других, менее развитых, странах должна была следовать той же линии и признавать авторитет Москвы. Большевистская революция и «линия Москвы» стали безусловным образцом успешной борьбы, которому должны были следовать коммунисты по всему миру. Поначалу Мао не был исключением, хотя особые обстоятельства китайского пути к революции поставят эту лояльность к Москве под вопрос.

Судьба небольшой КПК изменилась после ее изгнания из городов восточного побережья войсками Чан Кайши. Когда партия и ее армия отступили вглубь континента, изменилась и ее роль – роль пролетарской революционной партии. Все большее внимание уделялось крестьянству как революционному классу, а не только городскому пролетариату. Это заставляло руководство партии искать другие ответы, и именно в этом контексте росла роль Мао как партийного деятеля. Положение Китая определило его первые теоретические работы. Переход коммунистов от гражданской войны с Гоминьданом к имперской/колониальной войне с японцами, начавшейся в 1937 г., также заставил переключить внимание со следования директивам из Москвы на борьбу за выживание в столкновении с технологически развитым интервентом. Теоретические работы Мао, если оценивать их по уровню собственно теории и анализа, являются относительно незамысловатыми толкованиями ленинизма. Такие тексты, как «О противоречии» (1937) – это, по сути, статьи, объясняющие применение ленинских понятий к опыту Китая. За этой видимой лояльностью скрывался очевидный факт: линия Москвы была еще одним источником влияния Запада, предлагающего свою мудрость Китаю, дабы он мог преодолеть свои недостатки. И хотя Мао не отрицал роли Сталина как верховного вождя мировой революции, было ясно и то, что его собственные идеи намного больше сосредоточивались на специфических проблемах китайского опыта. С его точки зрения, советская модель была исключительно моделью высокого уровня. Лояльность Мао к Москве являлась лишь формой сыновьего уважения, которого он, однако, не испытывал к наследникам Сталина, особенно после того, как провел свою собственную успешную революцию и объявил в 1949 г. о создании Китайской Народной Республики (КНР). Проблема империализма была в анализе Ленина не только разоблачена. Она была еще и закреплена Коминтерном и межвоенной ориентацией на Европу как основное место развития пролетарской революции. Империализм отражался в самом языке и структурах глобального революционного движения, в его установке по отношению к слаборазвитым странам Дальнего Востока.

Проведение революции в Китае потребовало от Мао сосредоточиться на конкретных проблемах слаборазвитой крестьянской экономики, которая оказалась в зоне масштабных боевых действий в период 1937–1945 гг., а также растянувшейся на два десятилетия гражданской войны до и после этого конфликта. Реалии и наследие империализма подтолкнули Мао к тому, чтобы взглянуть на «противоречия» в современном политическом и историческом опыте, способные стать знаками революционных возможностей и стратегий. Сами эти возможности, в свою очередь, заставили коммунистов поставить больший акцент на освобождение масс от тирании империализма, обращая особое внимание на политические формы последнего в странах Восточной и Юго-Восточной Азии. Главное место в революционной теории Мао принадлежит крестьянским массам и их отношению к партии.

<p>Роль крестьян</p>
Перейти на страницу:

Все книги серии Политическая теория

Свобода слуг
Свобода слуг

В книге знаменитого итальянского политического философа, профессора Принстонского университета (США) Маурицио Вироли выдвигается и обсуждается идея, что Италия – страна свободных политических институтов – стала страной сервильных придворных с Сильвио Берлускони в качестве своего государя. Отталкиваясь от классической республиканской концепции свободы, Вироли показывает, что народ может быть несвободным, даже если его не угнетают. Это состояние несвободы возникает вследствие подчинения произвольной или огромной власти людей вроде Берлускони. Автор утверждает, что даже если власть людей подобного типа установлена легитимно и за народом сохраняются его базовые права, простое существование такой власти делает тех, кто подчиняется ей, несвободными. Большинство итальянцев, подражающих своим элитам, лишены минимальных моральных качеств свободного народа – уважения к Конституции, готовности соблюдать законы и исполнять гражданский долг. Вместо этого они выказывают такие черты, как сервильность, лесть, слепая преданность сильным, склонность лгать и т. д.Книга представляет интерес для социологов, политологов, историков, философов, а также широкого круга читателей.

Маурицио Вироли

Обществознание, социология / Политика / Образование и наука
Социология власти. Теория и опыт эмпирического исследования власти в городских сообществах
Социология власти. Теория и опыт эмпирического исследования власти в городских сообществах

В монографии проанализирован и систематизирован опыт эмпирического исследования власти в городских сообществах, начавшегося в середине XX в. и ставшего к настоящему времени одной из наиболее развитых отраслей социологии власти. В ней представлены традиции в объяснении распределения власти на уровне города; когнитивные модели, использовавшиеся в эмпирических исследованиях власти, их методологические, теоретические и концептуальные основания; полемика между соперничающими школами в изучении власти; основные результаты исследований и их импликации; специфика и проблемы использования моделей исследования власти в иных социальных и политических контекстах; эвристический потенциал современных моделей изучения власти и возможности их применения при исследовании политической власти в современном российском обществе.Книга рассчитана на специалистов в области политической науки и социологии, но может быть полезна всем, кто интересуется властью и способами ее изучения.

Валерий Георгиевич Ледяев

Обществознание, социология / Прочая научная литература / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже