Также на интеллектуальное становление Мао повлиял более общий империализм идей, а также сила экономического капитализма, проявляющаяся в эксплуатации. Сначала он получил классическое китайское образование, но потом оно было дополнено влиятельными западными мыслителями, ставшими доступными благодаря открытости Китая Западу и признанию им относительного успеха западного экономического и технологического развития. Многие китайские мыслители обратились к западным идеям, стремясь найти такие теории модернизации, которые бы объясняли относительный упадок Китая с начала XVIII в., а также рецепты быстрых технологических и социальных изменений. Это стремление еще больше подстегивалось ускоренной модернизацией в Японии. За несколько десятилетий Япония рассталась со своей практически полной культурной и экономической изоляцией и стала современной военной державой, сумевшей нанести решительное поражение русскому флоту в войне 1905 г. Марксистские идеи составляли часть этих размышлений о модернизации, питаемых западными идеями. Однако начиная с 1917 г. марксизм (под руководством Ленина) перестал быть всего лишь теорией современности и стал глобальным революционным проектом, управляемым из Москвы. Успех Октябрьской революции и победа Красной армии в Гражданской войне явились для Ленина и его последователей доказательством того, что их конкретный анализ проблемы позднего империалистического капитализма как революционного момента был верен, и это давало им власть над коммунистами из разных стран. Ленин показал путь, а потом его тога вождя перешла Сталину. Борьба коммунистов в других, менее развитых, странах должна была следовать той же линии и признавать авторитет Москвы. Большевистская революция и «линия Москвы» стали безусловным образцом успешной борьбы, которому должны были следовать коммунисты по всему миру. Поначалу Мао не был исключением, хотя особые обстоятельства китайского пути к революции поставят эту лояльность к Москве под вопрос.
Судьба небольшой КПК изменилась после ее изгнания из городов восточного побережья войсками Чан Кайши. Когда партия и ее армия отступили вглубь континента, изменилась и ее роль – роль пролетарской революционной партии. Все большее внимание уделялось крестьянству как революционному классу, а не только городскому пролетариату. Это заставляло руководство партии искать другие ответы, и именно в этом контексте росла роль Мао как партийного деятеля. Положение Китая определило его первые теоретические работы. Переход коммунистов от гражданской войны с Гоминьданом к имперской/колониальной войне с японцами, начавшейся в 1937 г., также заставил переключить внимание со следования директивам из Москвы на борьбу за выживание в столкновении с технологически развитым интервентом. Теоретические работы Мао, если оценивать их по уровню собственно теории и анализа, являются относительно незамысловатыми толкованиями ленинизма. Такие тексты, как «О противоречии» (1937) – это, по сути, статьи, объясняющие применение ленинских понятий к опыту Китая. За этой видимой лояльностью скрывался очевидный факт: линия Москвы была еще одним источником влияния Запада, предлагающего свою мудрость Китаю, дабы он мог преодолеть свои недостатки. И хотя Мао не отрицал роли Сталина как верховного вождя мировой революции, было ясно и то, что его собственные идеи намного больше сосредоточивались на специфических проблемах китайского опыта. С его точки зрения, советская модель была исключительно моделью высокого уровня. Лояльность Мао к Москве являлась лишь формой сыновьего уважения, которого он, однако, не испытывал к наследникам Сталина, особенно после того, как провел свою собственную успешную революцию и объявил в 1949 г. о создании Китайской Народной Республики (КНР). Проблема империализма была в анализе Ленина не только разоблачена. Она была еще и закреплена Коминтерном и межвоенной ориентацией на Европу как основное место развития пролетарской революции. Империализм отражался в самом языке и структурах глобального революционного движения, в его установке по отношению к слаборазвитым странам Дальнего Востока.
Проведение революции в Китае потребовало от Мао сосредоточиться на конкретных проблемах слаборазвитой крестьянской экономики, которая оказалась в зоне масштабных боевых действий в период 1937–1945 гг., а также растянувшейся на два десятилетия гражданской войны до и после этого конфликта. Реалии и наследие империализма подтолкнули Мао к тому, чтобы взглянуть на «противоречия» в современном политическом и историческом опыте, способные стать знаками революционных возможностей и стратегий. Сами эти возможности, в свою очередь, заставили коммунистов поставить больший акцент на освобождение масс от тирании империализма, обращая особое внимание на политические формы последнего в странах Восточной и Юго-Восточной Азии. Главное место в революционной теории Мао принадлежит крестьянским массам и их отношению к партии.