Край Света. Невероятное путешествие к Курильским островам через всю Россию и Азию

Оставалось лишь пожать плечами. Мы покинули границу и отправились в путь по Казахстану. Километры ложились под колеса, а картина за окнами не менялась – со всех сторон, насколько хватало глаз, лежала степь. Дорога, международная трасса Е40, другой конец которой располагался где-то на французском побережье, стала хуже некуда. Машину трясло, а когда солнце скрылось за горизонтом, единственным источником света остались фары редких встречных авто. Грянул ливень. В темноте и дожде мы потеряли из виду вторую машину, и уже не могли сказать – впереди она или позади. Связи не было ни у водителя, ни у нас. Я беспокоился за Настю, которая осталась сейчас одна неизвестно где, и ругал себя последними словами за то, что не настоял, чтобы с ней поехал кто-то из нас.

* * *

– Я что-то не пойму, где они. – Настин водитель стоял на освещенном пятачке у заправки и вертел головой. Второй машины не было видно. Он сел за руль. – Дорога такая… может, они колесо пробили? – Он достал из кармана телефон, взглянул на экран, убрал обратно. – И связи нет. Поехали, чуть назад проедем, посмотрим.

Позади и правда обнаружились две машины с пробитыми колесами. Но нужной не было.

– Хм… Наверное, они не увидели, что мы заехали на заправку, – рассуждал водитель, разворачиваясь, – и уехали дальше. Ладно. Попробуем нагнать.

Ночь. Степь. Чужая страна. Чужой человек. Неизвестно, где друзья. Непонятно, как найтись, где встретиться.

Настя крутила в руках телефон, попеременно набирая то мой, то Вовин номер. Нет связи. Нет связи. Нет связи. Гудок! И, кажется, кто-то снял трубку!

– Вова! Ты меня слышишь? Ты меня слышишь?! – В голосе звучало отчаяние. Тишина. Настя отняла телефон от уха, посмотрела на экран – пусто. Нет связи.

Водитель бросил на нее косой взгляд, стараясь не отвлекаться от дороги, полез в карман и протянул горсть семечек.

– На тебе семечки. Ешь. Успокаивает. – Помолчали. – Тут недалеко есть священное место, – продолжил он после паузы. – Люди останавливаются повязать ленту. Может быть, они ждут нас там.

«Хоть бы это было так!» – подумала Настя.

* * *

Настин водитель вернулся в машину. Вид у него был хмурый. За последние двадцать минут он поговорил со всеми людьми, остановившимися у священного места, но никто из них не видел нужной машины.

– Ну и что мне с тобой делать-то? – повернулся он к Насте.

– Вы меня не бросайте, пожалуйста. Довезите до границы, я очень прошу, только не бросайте меня здесь. Я не знаю, что случилось, но, пожалуйста, мне очень страшно, не бросайте меня.

– Ну… хорошо… – В его голосе уже не осталось ничего, кроме усталости. – Поехали.

* * *

Нагонявший нас автомобиль начал активно сигналить дальним светом. Остановившись, получили весточку – все же второй экипаж отстал и просил подождать. Сразу стало как-то спокойнее. Мы съехали на обочину и включили аварийку. Через полчаса вдалеке появилась машина. Подъехав, она включила поворотник и встала за нами. Дождались.

Из остановившейся машины выскочила Настя, подбежала к нам, распахнула дверь.

– Я здесь! Я в порядке! Я жива! Все хорошо!

– А ты что, куда-то пропадала?

* * *

К утру решили сделать остановку на сон. Рустам моментально отключился за рулем. Сидящий на переднем сиденье Вова последовал его примеру, а я все никак не мог устроиться на отданной в мое распоряжение свободной от вещей трети заднего сиденья. Когда же, найдя методом проб и ошибок более-менее удобную позу рогалика, я отмахнулся от жужжащего над ухом комара и глянул в окно, то порадовался, что мы ночуем в машине. Тепло двигателя созвало кровососущих насекомых со всего Казахстана – десятки комаров сидели на окне и таращились на меня голодными глазами.

К сожалению, герметичность машины оставляла желать лучшего – через непредусмотренные конструкцией отверстия в фюзеляже проникали то ли самые умные, то ли самые голодные комары, и спасаться от них было негде.

17 мая Где-то в Казахстане

Поднявшееся солнце осветило две машины посреди бескрайней степи. Зевая и зябко поеживаясь, мы бродили вокруг, пытаясь размять закостеневшие спины. Пора было ехать дальше. Пейзаж по-прежнему не радовал разнообразием – плоская, как стол, равнина насколько хватало глаз. Развлекались разговорами.

– Парни, – обратился к нам Рустам, – а у вас жены есть? Нет? Ну и правильно, в принципе, молодые еще. Знаете, как говорится – если у тебя нет жены, значит у кого-то их две, хах! У меня вот три.

– Э-э-э… в смысле одновременно? – удивился Вова.

– Ну да. У нас можно. Ну то есть по закону, конечно, нельзя, но можно по обычаям. Вот у меня три жены в разных городах. – Рустам помолчал, задумавшись, затем продолжил: – Народили мне семь детей. Эх… Денег нет теперь. Посмотри, что ношу! – Он подергал себя за ворот старой куртки. – Не хватает себе на приодеться, все на детей. Ну да ладно, жизнь.