– Да-а-а… – протянул Данил, почесывая затылок. – Я, честно говоря, вообще не делал ничего. Не регистрировался ни разу и в отеле ни разу не останавливался.
– А как же ты сейчас выезжать будешь?
– А черт его знает. Как-нибудь выйду. Все равно у меня денег нет, что они меня, запрут тут, что ли?
Желающих брать стопщиков на границе не нашлось. Сидеть в грязи надоело, чай уже не лез. Попрощались с Данилом, обменялись контактами, чтобы узнать потом, как отнеслись пограничники к отсутствию регистраций и можем ли и мы на них забить. Взвалили на плечи рюкзаки и, побулькивая, отправились в путь. До Ургенча было добрых шестьсот километров по не самым заселенным в мире местам. Не знаю, сколько из них мы успели пройти. Под палящим солнцем казалось, что никак не меньше половины, но есть подозрение, что на самом деле километров пять. Кстати подвернувшаяся «Газель» дорожных рабочих согласилась провезти нас весь оставшийся путь за скромную сумму. Что-то вроде пятисот рублей на всех.
Через некоторое время равнина цвета земли сменилась травяным морем, и больше не менялось ничего. «Газель» ехала по бесконечным степям, я то проваливался в сон, разлегшись на задних сиденьях, то выпадал из него в реальный мир, а за окном оставалось все то же – зеленая трава соединялась вдалеке с синим небом.
В Ургенч прибыли вечером. «Газель» остановилась на окраине города рядом с чайханой. Это было очень кстати – после дня пути мы валились с ног от голода, а потому заказали всего да побольше. Кроме нас в семейном заведении не было других гостей, и мы быстро стали местной достопримечательностью. В перерывах между бесконечными чашками чая и вкуснейшей самсой из тандыра рассказали всем желающим о путешествии, об Иране и Кавказе.
Пришел сам хозяин – степенный седой мужчина лет шестидесяти. Распорядился принести алкоголя и еды, позвал младшую внучку, чтобы она попрактиковала русский. По его поведению, манере держаться было видно, что он привык к тому, что его слушают, а указания выполняют без разговоров. На язык так и просилось слово «патриарх».
– Вы где собираетесь сегодня ночевать? – спросил Патриарх, когда вечер плавно перетек в ночь.
– Да поставим палатку где-нибудь в поле.
– Так оставайтесь тут. Переночуете на топчане.
С топчана сняли низкий столик, и получился довольно большой подиум. Мы расстелили спальные мешки. Все разошлись, где-то щелкнул переключатель, и погасли огни.
Я лежал, смотрел в небо, на мелькающие между листвой звезды. Разливалась чудесная, по-летнему теплая ночь. Рядом спали друзья. Уже полтора месяца мы в пути, а сколько еще предстояло проехать…
Дом на карте все еще был гораздо ближе, чем Край Света. Но это больше не пугало. И я уснул.
Как уже упоминалось, в Узбекистане путешественника поджидала одна неприятная особенность – обязательная регистрация. Получить ее можно двумя путями: либо предоставив данные местного жителя, у которого вы остановились, либо ночуя в гостиницах. Регистрации «у местного» хватало одной на все время пребывания, а вот гостиничной только на три дня. Ситуация огорчала нас, тем более что местные были очень гостеприимны, как мы успели удостовериться накануне. Да и далее нас уже ждали в гости каучсёрферы.
А пример Данила зародил надежду, что обязательная регистрация не такая уж и «обязательная». Нужно было выяснить, как прошла его встреча с пограничниками, а для этого – обзавестись сим-картой.
Оформление ее в ближайшем салоне связи резко остановилось на внесении паспортных данных – внезапно выяснилось, что необходим паспорт Узбекистана. Сотрудницы на вопрос: «А как вообще иностранец может купить сим-карту?» – только хлопали глазами. «Что ж, что незаконно в офисе, то в порядке вещей на рынке», – подумали мы. Но и там нас ждало разочарование. Окрестные торговцы и покупатели, бывшие свидетелями наших попыток, удивлялись этим правилам не меньше нас. Буквально через пять минут удивление перешло в действие: «Оформите на меня», – сказал один из них, протянув свои документы.