Край Света. Невероятное путешествие к Курильским островам через всю Россию и Азию

Существует легенда, что придуманы молитвенные барабаны были не для того, чтобы упростить процесс чтения мантр по тысяче раз, а лишь чтобы дать такую возможность неграмотным людям или немым – тем, кто не мог читать их самостоятельно. Сегодня есть даже электрические барабаны, но они не очень распространены. Все-таки, по словам одного из лам, «заслуга вращения электрического молитвенного барабана относится к тем, кто вырабатывает это электричество».

* * *

После обеда я сидел у окна в кафе на первом этаже хостела и пил традиционный тибетский чай с маслом яка. Вкус был несколько специфическим, но мне нравилось. Он замечательно сочетался со снующими по обе стороны окна монахами. Чая мне принесли целый термос. Чашка уходила за чашкой, а он все не заканчивался.

– Что пьешь? – поинтересовалась вернувшаяся с обеда Настя. Они с Вовой ходили в лапшичную.

– Чай с маслом яка.

– Фу! – оценила Настя местный колорит.

16 июня Лабранг

Еще половину дня мы очарованно слонялись по закоулкам монастырской части города. Как здорово было никуда не спешить. Но вот и Лабранг заскользил назад за автобусным окном.

Дорога до Ланьчжоу прошла под симфонию из двух звуков. Солировал бешеный ор автобусного гудка, которым водитель приветствовал едущих навстречу коллег и распугивал демонов. Когда его рука уставала давить на клаксон, слышался зубовный скрежет, исходящий от Насти. Не будучи демоном, она не боялась шума, но бесил он ее знатно.

* * *

Время в поезде мы коротали карточными играми. Подкидной дурак вызывал необычайный интерес попутчиков – всю дорогу вокруг нас клубилась толпа, с любопытством наблюдая, что это мы такое делаем.

* * *

В начале ночи поезд прибыл в Тяньшуй. Поначалу он произвел хорошее впечатление – на улицах тьма народу, открыты кафе, горят огни. Сейчас найдем какое-нибудь жилье. Забронировать что-то заранее мы не смогли – интернетом последнее время судьба не баловала.

Два часа спустя оптимизму поубавилось. Из десятка найденных за это время гостиниц только две – дорогая и очень дорогая – согласились дать нам ночлег. Остальные говорили «нет». Что именно «нет», мы не понимали – «нет номеров» или «нет, мы не размещаем иностранцев». Впрочем, не то чтобы это играло какое-то значение.

Время перевалило уже за два часа ночи. На улицах все еще оставалось немало людей, но выглядели они неприветливо. Каждое открытое кафе превратилось в выставку хмурых пьяных лиц, по-рыбьи взирающих на нас залитыми пивом глазами. Ветер носил по асфальту мусор, кеды липли к чему-то, не хочу знать к чему. Удивительно и дико было видеть такой Китай.

– Так, нам нужно что-то решить. Мы уже третий раз проходим по этой улице, – сказал Вова.

– Ну, можем придушить жабу и пойти в ту дорогую гостиницу, – предложил я.

– Не, смысла нет. Мы сейчас кучу денег заплатим, а через пять часов уже вставать и уезжать.

Правда, завтра нас ждал ранний подъем. Снова запускался режим бешеной гонки, чтобы успеть съездить на знаменитые гроты и к вечеру вернуться обратно, на поезд.

На одной из темных улиц стояла женщина с плакатом, обещающим жилье.

– Мистерь, хотель?

– Давайте попробуем.

Женщина сунула плакат под мышку, жестом пригласила следовать за собой и засеменила в переулок.

– Надеюсь, нас сегодня не разберут на органы.

Новый риелтор повел нас по тем же отелям, что уже отказали нам ранее. Ее присутствие никак не влияло на ситуацию – селить нас по-прежнему не хотели. После второй гостиницы совместная прогулка закончилась.

– Варианты?

– Предлагаю забомжевать на вокзале.

Посреди стремительно теряющего впечатление безопасности города вокзал казался островком спокойствия. Возможно, виной тому был стоящий перед ним полицейский броневик.

Внутрь здания без билета не пускали, поэтому мы расстелили спальники у скамеек неподалеку от входа. Несмотря на наличие полиции, спать всем одновременно представлялось плохой идеей. Часы показывали три ночи, в семь общий подъем. Решили, что Вова подежурит первые два часа, а я вторые.

Стоило только положить голову, как Вова принялся тормошить меня за плечо.

– Вставай, твоя смена.

17 июня Тяньшуй

«Господи, как же хочется спать!» – моя самая популярная мысль за эту ночь.

Секундная стрелка часов двигалась со скоростью минутной. Та – как часовая. Часовая, в свою очередь, не двигалась вовсе. Они явно сговорились довести меня до сумасшествия.

– А вот и не сговорились! – хором пискнули стрелки.

«Как же хочется спать».

Я прочитал все надписи на русском, какие только удалось найти на вещах и документах. Потом на английском. «Так вот как, оказывается, надо было стирать эту рубашку!» Начал читать по-китайски. Первый иероглиф в названии станции Тяньшуй выглядел как человечек в широкой плоской шляпе, расставивший в стороны руки и ноги. Во втором, если включить фантазию, читалась буква «Ж». «Да, человечек, я тоже так думаю».