Красная луна. Советское покорение космоса

Среди важных персон, военных и гражданских, находившихся в тот день на космодроме, выделялся один человек лет пятидесяти в тяжелом черном пальто с широкими лацканами. Симпатичный, круглолицый, с громким убедительным голосом. Все обращались к нему, называя «главным конструктором»[154], на что он сдержанно кивал с легкой улыбкой, приглашающей собеседника к продолжению разговора. Но слушал он как-то рассеянно, видать, думал о чем-то своем. Он чувствовал колоссальную ответственность за все, что происходило в те дни. Это он пообещал Хрущёву первым вывести искусственный спутник на орбиту Земли как доказательство превосходства Советского Союза в науке и технике. Словно на Олимпийских играх, коммунисты всего мира с нетерпением ждали момента, чтобы занять первое место на пьедестале почета[155].

Это событие было частью «спортивной» программы серьезного противоборства двух идеологий и двух различных экономических систем. Хрущёву оно давало возможность обрести авторитет на международной арене, упрочить внутрипартийную систему и весь государственный аппарат. Для главного конструктора означало исполнение мечты, к которой он так стремился и которая была оплачена дорогой ценой. Вот он, долгожданный момент истины. Обдумывая предстоящий запуск, главный конструктор успевал отдавать приказы и делать выговоры подчиненным. Ему принесли телеграмму, прочитав которую, он стал белее мела. Разведчики из советского посольства в Вашингтоне разнюхали, что американцы тоже готовятся вывести спутник на орбиту. Но когда[156]?

Взволнованный главный конструктор решил немедленно поговорить с Москвой, но телефонный звонок только усилил его волнение. Американцы вырвутся вперед, и эта опасность казалась реальной. То, что разведчики допустили промах[157], станет известно лишь позднее. Но сейчас жребий брошен, и непонятно, какие действия предпримет соперник. Нужно играть на опережение и произвести запуск как можно скорее, буквально завтра[158].

Человек в черном пальто взял на себя ответственность за это непростое решение с тем же мужеством, с которым Нельсон при Трафальгаре ослушался своего командира и сумел нанести поражение эскадре Наполеона. Ракета-носитель «Спутник», из которой, как из рогатки[159], вылетал на орбиту искусственный спутник Земли, была выполнена на базе Р-7, или «семерки». Пока она спала в ангаре[160]. Различные ее части прибыли на поездах с заводов главным образом Москвы, Ленинграда и Харькова на Украине. Детали высокотехнологичного конструктора предстояло собрать на космодроме Байконур.

За полтора месяца до запуска спутника были проведены успешные испытания подобной модели Р-7[161]. Гигант с макетом боеголовки такой же массы взлетел со стартовой площадки № 1 и полностью выполнил намеченный план полета, достигнув полигона на Камчатке. ТАСС сообщило об отличных результатах испытания, омраченных, правда, небольшими проблемами в конце полета[162], но они, как обычно, замалчивались в прессе. 27 августа 1957 года в газетах появилось лаконичное сообщение: «В СССР осуществлен запуск сверхдальней межконтинентальной многоступенчатой баллистической ракеты»[163]. Кто знает, тот все поймет.

Чтобы приспособить эту мощную военную машину под «такси» для «Спутника», достаточно было выполнить две небольшие модификации. Новый конический головной отсек, короче и легче того, что предназначался для размещения атомной бомбы[164], и дополнительное топливо, позволяющее увеличить тягу и достичь минимальной скорости, необходимой для вывода небольшой сферы весом 84 кг на околоземную орбиту[165].