Красота и ужас. Правдивая история итальянского Возрождения

В начале XVI века появились трактаты в защиту женщин, хотя самые известные из них были написаны мужчинами. В 20-е годы Галеаццо Флавио Капра написал трактат «О совершенстве и достоинстве женщин» (Della eccellenza e dignità delle donne, 1525), а Корнелий Агриппа – «О благородстве и превосходстве женского пола» (De nobilitate et praecellentia foeminei sexus, 1529). Трактат Агриппы был переведен на итальянский язык в 1549 году, после чего его популярность повысилась. Кардинал Помпео Колонна в 1529 году написал «Апологию женщин» (в данном контексте «апология» означает «в защиту»). Впрочем, в этой области монополии у мужчин не было. В период позднего Ренессанса в Италии несколько женщин достигли литературных высот, и среди них была кузина кардинала Колонны, Виттория. Супруга маркиза Пескары и командующего армией при Павии Фернандо Франческо д’Авалоса, Виттория Колонна стала известной поэтессой и писательницей. Она переписывалась со многими интеллектуалами, в том числе с Микеланджело и Бальдассаре Кастильоне. Переписка ее особо расширилась, когда она овдовела. (Маркиз умер в конце 1525 года, по-видимому, из-за ран, полученных во время войны.) Виттория была дочерью другого кондотьера, Фабрицио, прославившегося в сражении при Бикокке, и Аньезы ди Монтефельтро, происходившей из старинной правящей семьи Урбино. До замужества она проводила много времени при дворе тетушки своего жениха, Костанцы д’Авалос, на острове Искья в Неаполитанском заливе. Костанца славилась «красотой и утонченностью», а также своими политическими навыками. Она познакомила Витторию с известными интеллектуалами при неаполитанском дворе. Впоследствии Костанца поселилась в Риме, где играла заметную роль в литературных кругах[619]. В собрании биографий знаменитых мужчин и дам Паоло Джовио писал, что «Виттория не только чудесно возвысилась над женскими способностями, но и сравнялась с самыми признанными и мудрейшими из мужчин». Надо сказать, что Джовио похвалил не только интеллект Виттории, но и ее домовитость, и физическую красоту, посвятив целый абзац воспеванию ее «нежнейшей ложбинки» и грудей, «наполненных небесным нектаром»[620]. Виттория становилась объектом и не столь утонченных сексистских замечаний – о ней написали непристойную пасквинаду, где в самых грубых выражениях утверждали, что ее интерес к религии связан с неспособностью найти любовника («найти пестик для своей ступки»)[621].

В годы вдовства Виттория Колонна много времени проводила в монастырях, живо интересуясь религиозной реформой. Но, будучи женой выдающегося военачальника, она давно привыкла жить вдали от мужа. Одно из ее стихотворений, написанных после пленения ее мужа и отца в сражении при Равенне, – это поразительный рассказ об этих необычных военных отношениях. Хотя в «сомнительных кампаниях» мужа не было ничего необычного, в его отсутствие Виттория страшилась и страдала. Она желала мира, чтобы он поскорее возвратился[622]. На смерть супруга она написала такой сонет:

От долгих мыслей, долгого стремленьяСо мной любимый образ мой всечасно:Его мой разум видит живо, ясно,Спасая там, где не поможет зренье.Божественное с ним делить свеченье,К нему быть ближе дух мой рвется властно, —Откроет крылья, ринет в небо страстно,Отринув тяжесть и к земле влеченье.Так, радости причастна совершенной,Я, мнится, слышу речь, что помогаетГармонии небес мне приобщиться.Иль, может, сжалившись, тот несравненныйВ печаль мою свет дальний посылает,Чтоб, пусть не во плоти, но мне явиться?[623],[624]