Красота и ужас. Правдивая история итальянского Возрождения

Помимо благородных женщин литературную карьеру делали куртизанки – еще одна значительная социальная группа. Туллия д’Арагона (1501(05)–1556) считала себя свободной от ограничений общества. По-видимому, она была дочерью кардинала Луиджи д’Арагона (того самого, кто посещал Леонардо да Винчи при французском дворе). В ее римском салоне бывали известные интеллектуалы, в том числе флорентиец Филиппо Строцци, который в 1508 году женился на Клариче Медичи – противоречивый союз, потому что в то время Медичи все еще были в изгнании. Туллия стала любовницей Филиппо (по-видимому, за несколько лет до смерти Клариче в 1528 году). В 1537 году он оказался в тюрьме, а через несколько лет она вышла замуж, что придало ее репутации определенную респектабельность. С одной стороны, статус куртизанки давал Туллии возможность общения с высокопоставленными членами папской курии, но с другой – ограничивал ее возможности как писательницы. Ее дважды обвиняли в нарушении закона, который требовал, чтобы проститутки носили желтую вуаль и не носили определенной дорогой одежды. В обоих случаях Туллия добивалась оправдания: в Сиене она заявила, что замужем и ведет «самую честную жизнь», а во Флоренции для нее сделали исключение за ее «редкие познания в области поэзии и философии». Туллия д’Арагона использовала двойной опыт куртизанки и писательницы в своей книге «Диалоги о бесконечности любви», напечатанной в 1547 году, а также в стихах. Книгу она посвятила герцогу Флоренции, стихи – герцогине. В последнее десятилетие жизни (после смерти Виттории Колонны) Туллия считалась самой выдающейся женщиной-писателем Италии. Ее решение опубликовать свои стихи и реакция на них общества были совершенно новой тенденцией того времени[636].

Другие женщины избрали для себя роль покровительниц искусств и хозяек салонов. Среди них была Арджентина Паллавичино (жена известного кондотьера Гвидо Рангони). Паллавичино писала стихи, интересовалась ботаникой. Она играла видную роль на культурной сцене Венеции, была хорошо знакома с известными интеллектуалами, в том числе с кардиналом Пьетро Бембо и сатириком Пьетро Аретино, который посвятил ей одну из своих комедий «Кузнец» (Il Marescalco)[637]. К 1559 году редактор Лодовико Доменики, который давно занимался изданием женских книг, собрал произведения пятидесяти трех авторов в потрясающий сборник «Различные стихи самых благородных и добродетельных дам» (Rime diverse d’alcune nobilissime et virtuosissime donne). Никогда прежде в Европе не издавали сборников исключительно женских произведений. Сборник Доменики показывает не только литературное богатство этих женщин, но и их отношения друг с другом. В одном из стихов Вероника Гамбара обращается к Виттории Колонне: «Хотела бы я, донна, восхвалить вас так, как почитаю, люблю и обожаю вас». Ответ Колонны более сдержан, она лишь вторит словам Гамбары, не выдавая собственной, менее страстной привязанности[638].

Итак, можно сказать, что последние годы Итальянских войн стали периодом, когда женщины смогли заняться литературной работой, недоступной для них в прошлом. Долгое отсутствие и ранняя смерть мужей на войне, религиозные реформы и связанные с ними вопросы веры – все это способствовало развитию женского творчества.

Глава XVII. Открытие порнографии

Книгопечатание открыло другие деловые возможности, которыми воспользовались два бывших члена мастерской Рафаэля. В 1524 году Маркантонио Раймонди издал эротические гравюры по работам художника Джулио Романо. В сборнике I Modi (название переводится по-разному – «Способы», «Позиции» и «Шестнадцать наслаждений») были показаны любовники в шестнадцати различных сексуальных позициях. Из них церковь одобряла лишь одну – миссионерскую. Все остальные считались греховные, особенно та, где женщина была сверху[639]. Книга сразу же была запрещена папой Климентом VII, который и без того испытывал сильное давление со стороны лютеран, обвинявших Церковь в аморальности. Тираж был уничтожен – но не целиком. По меньшей мере один экземпляр сохранился, потому что в 1550 году был опубликован сборник довольно грубых гравюр, созданных по этому оригиналу (ныне он хранится в частной коллекции). Позже было выпущено улучшенное издание «Любовь богов» – намек на античность сделал книгу приемлемой, что было невозможно для изображения простых смертных.