Читаем Красота и ужас. Правдивая история итальянского Возрождения полностью

Конечно же, споры велись и о самом искусстве. Бронзино написал очень живые и стильные портреты Медичи и их домашних. Герцога Козимо он изобразил обнаженным в виде Орфея – поразительный отход от традиций! Но был и традиционный портрет, в латах. Супругу Козимо, Элеонору Толедскую, художник написал в изысканном, богатом платье (к несчастью, впоследствии у нее развилась серьезная болезнь). Сохранился двойной портрет придворного карлика Морганте в обнаженном виде. Художник изобразил его до и после охоты. Эти портреты были призваны подчеркнуть величие правящей семьи, а портрет Морганте был написан Бронзино для дебатов между ведущими художниками – Микеланджело, Понтормо, Челлини и Бронзино – о достоинствах живописи и скульптуры. Письменно Бронзино отстаивал скульптуру, но двойной портрет повернул дебаты в новом направлении: художник показал, что живопись, в отличие от скульптуры, может показывать течение времени[889].


Ведущим портретистом того времени, несомненно, был Тициан. В 1543 году он написал портрет папы Павла III. Папа изображен слегка сгорбленным, с седой бородой, но взгляд у него острый и проницательный. Свет и тени играют на красном бархатном одеянии. Тициан написал также несколько портретов Карла V и его придворных. Многие портреты были написаны в воинственном стиле. На картине «Обращение Альфонсо д’Авалоса к солдатам», написанной в 1540–1541 годах, изображен момент, когда командующий обращается к взбунтовавшимся войскам. В том же десятилетии Тициан написал конный портрет императора в ознаменование его победы над Шмалькальденской лигой в сражении при Мюльберге. Карл изображен в форме испанской легкой кавалерии, на бедре колесцовый пистолет: это первый портрет европейского монарха с огнестрельным оружием. Как писал Вазари, одним из главных достоинств Тициана была его способность находить общий язык с покровителями (как и у Рафаэля):


«Не было такого правителя, ученого или знатного лица, который, побывав или пожив в Венеции, не посетил бы его дома, ибо он, помимо своего исключительного художественного дарования, был обаятельным человеком, вежливым и изысканным в обращении и манерах. Он имел в Венеции целый ряд соперников, однако не очень значительных, так что он легко побеждал их силой своего искусства и своим умением приобретать и сохранять расположение знатных особ»[890].


Впрочем, Вазари не всегда был так благосклонен к художнику. В первое издание своих «Жизнеописаний», напечатанное в 1550 году, он включил Микеланджело (единственного из живущих), но не Тициана. Венецианский автор Лодовико Дольче выступил в защиту соотечественника и всего венецианского художественного стиля, славящегося своим colorito (способом создания формы с помощью цвета, света и стиля), а не disegno, как у Микеланджело, где основной упор делался на линию и рисунок. Во втором издании «Жизнеописаний» 1568 года Вазари продолжал отстаивать достоинства disegno, но Тициана все же включил и с большой похвалой отозвался о поздних работах художника.

В 50-е годы XVI века началась карьера одной из первых известных нам женщин-художников со времен Проперции де Росси. Ей удалось добиться поразительного успеха. Софонисба Ангвиссола была дочерью дворянина из Кремоны, близ Милана. С четырнадцати лет она обучалась в доме местного художника, Бернардино Кампи. Ее заметил сам Микеланджело и (по словам отца Ангвиссолы) оказал ей «достойное и вдумчивое внимание». Микеланджело не раз писал девушке и хвалил ее работы[891]. Самая известная картина Софонисбы Ангвиссолы «Лючия, Минерва и Европа Агиссола играют в шахматы» (1555) – портрет сестер художницы. Особенно хороша сияющая улыбка девушки в центре. Картина очень точно передает уютную, теплую, домашнюю атмосферу – новаторский подход для того времени[892]. Софонисба написала также замечательный автопортрет «Бернардино Кампи пишет портрет Софонисбы Ангвиссолы» (1559). Портрет художницы появляется на холсте другой картины. По-видимому, этот портрет – дань уважения учителю художницы, Бернардино Кампи, но фигура самой девушки гораздо крупнее и затмевает мужскую[893]. В 1559 году Софонисбу пригласили ко двору короля Испании Филиппа II, где она стала гувернантской инфанты Изабеллы Клары Эухении и фрейлиной третьей супруги Филиппа, Елизаветы Валуа. Примерно в 1560 году она написала портрет Алессандро Фарнезе, внука папы Павла III. Это роскошный, парадный портрет пятнадцатилетнего юноши в шапочке, расшитой жемчугом, и подбитом мехом плаще. Рука юноши лежит на эфесе меча.

Вазари написал свой труд в 1566 году, когда карьера Софонисбы еще только начиналась. Упоминая о ней, он писал: «Софонисба же из Кремоны, дочь мессера Амилькаро Ангвиссолы, трудилась над рисунком с большей старательностью и с большей легкостью, чем любая из современных женщин, и потому она не только научилась рисовать, и писать красками с натуры, и отлично воспроизводить чужие вещи, но и самостоятельно создавала редкостнейшие и прекраснейшие живописные произведения»[894].

Перейти на страницу:

Все книги серии Хардкорная история. Исторические события в современном прочтении

Красота и ужас. Правдивая история итальянского Возрождения
Красота и ужас. Правдивая история итальянского Возрождения

Что мы на самом деле знаем об эпохе Возрождения? Эпоха богатых покровителей искусства, развития технологий, открытия новых континентов. Но вместе с тем – время, когда процветали коварство и коррупция, войны между республиками, жестокость, голод, проституция и эпидемии. Историк Кэтрин Флетчер в своей книге демонстрирует истинное лицо Ренессанса во всем своем многообразии. Банкиры, священники, женщины-писательницы, еврейские торговцы, наемники, инженеры, проститутки и фермеры – все они играли ничуть не меньшую роль, чем Медичи и Макиавелли, Леонардо и Микеланджело. Эта книга – удивительное путешествие по противоречивой и мрачной эпохе, заложившей фундамент нашей современной цивилизации.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Кэтрин Флетчер

Исторические приключения
Черная смерть. История самой разрушительной чумы Средневековья
Черная смерть. История самой разрушительной чумы Средневековья

«Великий мор», la moria grandissima, начал свое ужасное путешествие по континенту в 1347 году, оставив после себя невообразимые разрушения и убив 75 миллионов человек – треть тогдашнего населения Земли. Опираясь на многочисленные исторические источники, историк Джон Келли рассказывает о чуме, которую позже стали называть Черной смертью, в новаторской манере – глазами ее очевидцев. Каково это – сидеть и ждать прихода неизбежного, зная, что в соседнем городе умирает по тысяче человек в день? Выбирать между собственной жизнью и долгом перед смертельно больным ребенком или супругом? Жить в распадающемся обществе, где узы семьи и закона потеряли всякий смысл, где каждый может убивать, насиловать и грабить, не опасаясь последствий?«Черная смерть» – это экстраординарный эпический рассказ о самом страшном стихийном бедствии в истории Европы: драме мужества, трусости, страдания, безумия и самопожертвования, которая сопровождала крушение старого мира. Эта книга наглядно показывает, какие разрушения наносит пандемия, если у человечества нет сил и знаний ей противостоять.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Джон Келли

Медицина / Научно-популярная литература / Образование и наука

Похожие книги

Таежный вояж
Таежный вояж

... Стоило приподнять крышку одного из сундуков, стоящих на полу старого грузового вагона, так называемой теплушки, как мне в глаза бросилась груда золотых слитков вперемежку с монетами, заполнявшими его до самого верха. Рядом, на полу, находились кожаные мешки, перевязанные шнурами и запечатанные сургучом с круглой печатью, в виде двуглавого орла. На самих мешках была указана масса, обозначенная почему-то в пудах. Один из мешков оказался вскрытым, и запустив в него руку я мгновением позже, с удивлением разглядывал золотые монеты, не слишком правильной формы, с изображением Екатерины II. Окинув взглядом вагон с некоторой усмешкой понял, что теоретически, я несметно богат, а практически остался тем же беглым зэка без определенного места жительства, что и был до этого дня...

Алекс Войтенко , Alex O`Timm

Исторические приключения / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Альтернативная история / Попаданцы
Ловец
Ловец

Я наследница миллионных банковских счетов, ассигнаций, заводов и мануфактур. Я молода, у меня есть любящий заботливый муж, а самая большая проблема, с которой приходилось сталкиваться — это сумочка, не подходящая по цвету к платью. О такой жизни, как у меня, мечтают многие девушки в империи. А вот о такой смерти, как у меня — бредят лишь в кошмарах.Но именно с кончины и официальных похорон начинается моя история. Наказать предателя-мужа, найти убийцу собственного отца, если ты оказалась на самом дне, в трущобах — сумею ли я пройти этот путь? Найду ли в себе силы, чтобы возродиться вновь? Смогу ли вновь поверить в любовь? Особенно если та настойчиво преследует меня, грозя поймать душу.

Анастасия Медведева , Мартин Аратои , Надежда Николаевна Мамаева , Ирина Видман , Надежда Мамаева

Приключения / Исторические приключения / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Фэнтези
Афанасий Никитин. Время сильных людей
Афанасий Никитин. Время сильных людей

Они были словно из булата. Не гнулись тогда, когда мы бы давно сломались и сдались. Выживали там, куда мы бы и в мыслях побоялись сунуться. Такими были люди давно ушедших эпох. Но даже среди них особой отвагой и стойкостью выделяется Афанасий Никитин.Легенды часто начинаются с заурядных событий: косого взгляда, неверного шага, необдуманного обещания. А заканчиваются долгими походами, невероятными приключениями, великими сражениями. Так и произошло с тверским купцом Афанасием, сыном Никитиным, отправившимся в недалекую торговую поездку, а оказавшимся на другом краю света, в землях, на которые до него не ступала нога европейца.Ему придется идти за бурные, кишащие пиратами моря. Через неспокойные земли Золотой орды и через опасные для любого православного персидские княжества. Через одиночество, боль, веру и любовь. В далекую и загадочную Индию — там в непроходимых джунглях хранится тайна, без которой Афанасию нельзя вернуться домой. А вернуться он должен.

Кирилл Кириллов

Приключения / Исторические приключения