Красота и ужас. Правдивая история итальянского Возрождения

Как мы уже говорили, Латеранский собор 1512–1517 годов уже провозгласил смягчение политики в отношении финансовой организации Monti di Pieta, через которую государство могло выдавать небольшие займы[958]. К 1542 году папство позволило выплачивать проценты тем, кто имел депозиты в этой организации, что превратило ее в настоящий банк. И это, в свою очередь, устранило традиционную причину принятия евреев – они избавляли христиан от греха ростовщичества. Желание католической Церкви избежать любых обвинений в мягкости в сравнении с протестантами имело самые пагубные последствия для евреев Папской области. Да и у Лютера, несмотря на видимость толерантности памфлета 1523 года «Иисус Христос был рожден евреем», взгляды были откровенно антисемитскими. Евреев он называл «отвратительными червями» и советовал изгнать их из Священной Римской империи или, по крайней мере, запретить их книги и исповедование их религии, сжечь синагоги и разрушить дома. В 1543 году он напечатал памфлет «О евреях и их лжи». Эта книга стала причиной антиеврейских беспорядков в Брунсвике[959]. Сторонник реформ, но не протестант, Эразм Роттердамский тоже не пылал любовью к евреям. Критикуя Вольфганга Капито (этот ученый опирался на иудейские исследования Ветхого Завета), он говорил, что считает евреев «кровожадным и мстительным народом». Мартин Бусер называл евреев врагами Христа, говорил: «Папистские и иудейские верования и религия просто одинаковы» и в 1538 году жаловался, что его покровитель Филипп Гессенский (князь-протестант) позволяет евреям проживать на его территориях. Самым выдающимся протестантом, который вступился за евреев, был Андреас Озиандер из Нюрнберга. Он написал памфлет, развенчивающий миф о «кровавом навете». Памфлет был напечатан в 1540 году двумя евреями, и враги Озиандера использовали этот факт, чтобы обвинить его в том, что он и сам еврей[960].

Вот в такой ситуации сначала Павел III, а потом Павел IV выступили против римских евреев. В 1541 году евреев изгнали, а когда им было позволено вернуться, то с 1555 года они должны были проживать в гетто. Папская булла гласила: «Во все будущие времена в этом городе, равно как и во всех других городах и землях Римской Церкви, все евреи должны проживать отдельно в одном и том же месте, а если это невозможно, то в двух, или трех, или стольких, сколько нужно, и места эти должны располагаться по соседству и быть полностью отделенными от жилищ христиан»[961].

В отличие от венецианского гетто, создание которого в 1516 году было своего рода компромиссом между терпимостью, с одной стороны, и требованиями об изгнании еврейских беженцев, которыми дали временное пристанище, с другой, римское гетто явственно демонстрировало ужесточение ситуации[962]. Римское гетто располагалось близ Тибра, в той старой части города, где уже проживало немало евреев (судя по данным переписи 1526 года)[963]. Папская булла запрещала строительство новых синагог. По ней евреи должны были носить синие шляпы или другие отличительные знаки. Отменялись все исключения из этого правила. Евреям запрещалось есть вместе с христианами и становиться их друзьями. Ряд условий касался финансовой деятельности: еврейских банкиров обвиняли в попытках обманом ввести в нищету христиан-заемщиков. Помимо ростовщичества евреям позволялось лишь одно занятие – торговля подержанной одеждой. Еврейским врачам запретили лечить христиан (стоит вспомнить, что у прежних пап всегда были еврейские доктора). Христианам не позволялось идти в услужение евреям, а христианки не могли быть кормилицами еврейских детей.