В хеттском законодательстве, которое наряду с кодексом вавилонского царя Хаммурапи является древнейшим сводом законов человечества20, есть довольно много статей, в которых упоминаются хлеб и пиво. В параграфах 165, 167 и 168 они выступают в качестве компенсации за причиненный ущерб. Так, в параграфе 168 указано, что «Тот, кто нарушит границу поля, должен отдать 1 овцу, 10 хлебов и 1 кувшин крепкого пива»21. Но все же больше статей в этом своде законов посвящено виноградной лозе (geštin) и вину22. Для обозначения виноградной лозы хеттский язык заимствовал шумерское слово, обозначающее «вино», – «geštin». Виноградники упоминаются и в документах о хозяйственной деятельности23. В хеттском гимне о Боге Грозы и Боге Солнца речь уже идет собственно о вине. Бог Грозы обратился к Богу Солнца с благими пожеланиями, а затем:
Из одного «назидательного рассказа», где повествуется о царском виночерпии Цидисе, известно, что существовало особое, дорогое вино для царского стола, и обычное – видимо, подобное современному «vin de table»25.
Из зерновых культур помимо ячменя в текстах упоминаются пшеница, полба, неустановленное зерно «karši», а также горох, фасоль и чечевица26. Для жертвоприношений выпекали различные виды лепешек: «danna», «gahari» и «sarama», сладкие лепешки, а также булки «hiwassiwala»27.
Что касается мяса, то первое место, как и в Древней Месопотамии, у хеттов занимала овца, которая даже выступала мерилом стоимости и приравнивалась к денежной единице – 1 сиклю серебра28. Богам преподносили в жертву мясо овцы, быка, коровы и козы29. Свиньи жертвенными животными не были, но свинину использовали в пищу, свинья упоминается в «Хеттских законах»30. Также богов милостивили мясным супом «sijami»31. В «Тексте Аниты», царя города-государства Куссара*, предтечи Хеттского царства, во фрагменте, где речь идет, по-видимому, об охоте, упоминаются свинья, дикий кабан, олень, горный козел, а также другие дикие животные32. В хеттских текстах есть упоминания различных видов домашней птицы, но перевод названий точно не установлен, и ученые продолжают дискутировать на эту тему33.
В рационе хеттов присутствовало молоко34, также они изготовляли сливочное масло35 и сыры, причем сыр не только ели сами, но и приносили в жертву богам36. При освящении царского дворца жрец произносил заклинание, в котором призывались боги. В их числе Цилипури, который «взял сыры и творог и положил их на престол»37. Сыр упоминается также в «Хеттских законах»38.
Фруктов в хеттских текстах немного: яблоки, фиги, предположительно груши и гранаты39. Главной сладостью были не фрукты, а мед (milit), одновременно один из основных продуктов питания хеттов40. В Хеттском царстве большое значение имело пчеловодство, две статьи «Хеттских законов» специально посвящены охране собственности на ульи41. Мед упоминается в молитве царя Муваталли II как приношение богам42. Богиня природы и диких животных Инарас (Инара), чтобы заманить змея Иллуянку, готовит пир, на котором среди угощений стоит целый чан меда43. И в молитвенном обращении к Телепинусу, о котором речь шла выше, мед выступает как метафора умиротворения разгневанного бога: «Подобно тому как медово-сладок мед и подобно тому как мягко масло, так же пусть дух Телепинуса станет медово-сладким и мягким»44.
Город-государство Угарит, располагавшийся на Средиземноморском побережье современной Сирии, представлял собой весьма развитую цивилизацию – по мнению Адольфа Лео Оппенхейма, даже в какой-то мере сопоставимую с Древней Месопотамией45. Позаимствовав аккадскую клинопись и приспособив ее к своему языку, Угарит сделал огромный шаг вперед на пути создания алфавитного письма. Расцвет этого государства приходится на период примерно с 1450 года до 1200 года до нашей эры. Вскоре после 1200 года Угарит был разрушен – возможно, землетрясением или же, как и Хеттское царство, в результате нашествия «народов моря». Его последний царь, Аммурапи, был современником последнего хеттского царя Суппилулиумы II.
Сохранилась большая библиотека глиняных угаритских табличек. На русский язык эти тексты перевел замечательный историк Древнего Востока Илья Шифман, и его переводы остаются у нас пока единственными46.