Читаем Кухня Древнего мира полностью

В угаритском эпосе перед нами предстает гастрономическая культура средиземноморского региона, отличная от того, что мы знаем о кухне Месопотамии и Древнего Египта. На первом месте по-прежнему стоит хлеб (ihm)47, но из перечня основных продуктов исчезает пиво, место которого уверенно занимает вино (yn)48, а среди растительных масел начинает доминировать оливковое49. Вино в угаритских текстах встречается очень часто, в том числе и как любимый напиток богов. Так, очень любил вино верховный бог Илу, символом которого был бык, олицетворяющий могущество, благополучие, плодородие и мудрость: «Илу-Бык смотрит, ибо вино – услада сердца его»50. В рассказе о пире богов, на котором вина было в изобилии, говорится: «Илу опьянел. Встав из‑за пиршественного стола, направился он к своим покоям. Но не мог идти сам. Шукамуну и Шунаму поддерживали его, а бог Хаббайу с рогами и хвостом помогал им. Так добрался Илу до своих покоев и упал там замертво, и голова его раскалывалась от боли. И лишь позже, выпив сок ранних олив, излечился Илу»51.

В «Поэме о борьбе силача Ба’лу и Муту», повествующей об угаритском боге громовержце и плодородия Баале и боге смерти и подземного царства Муту, вино упоминается трижды:

Он будет есть еду с братьями моимиОн будет пить вино с братьями моими…И они снова наливали виноОни поднимали вино молодое…И будешь ты есть хлеб возношенияИ да будешь ты пить вино свежее!52

В «Поэме о постройке дворца для Б’алу» бог Баал «тысячу кувшинов взял вина»53. В мифопоэтическом сказании о герое-охотнике Акхите и рапаитах – обитателях подземного царства мертвых – перечисляются следующие вина: вино из Самаку, вино княжеское, вино из Галилеи, вино Ишрийату-исполина, вздымающегося на Ливане (по-видимому, это название горы в Ливане)54.

Несмотря на упомянутые изменения в гастрономической культуре, основой жизни для жителей Угарита, как, впрочем, и для представителей всех последующих цивилизаций, оставался хлеб. Сыновья бога Илу, Шахару и Шалиму, после того как провели семь лет в священной пустыне, вернулись «в мир богов и сразу же закричали хранителю урожая: «Открой нам дверь!» Открыл дверь хранитель урожая, и вошли боги в его дом. После этого Шахару и Шалиму сказали: «Если есть у тебя хлеб, дай нам, чтобы мы поели! И если есть у тебя вино, дай нам, чтобы мы попили!» И хранитель урожая дал им хлеб и вино. И стали Шахару и Шалиму благими небесными богами, воплощающими утреннюю и вечернюю звезду»55.

Что касается мяса, то в угаритских текстах упоминаются блюда из ягненка и овцы, козленка, быка, теленка, волов и оленей56. А среди фруктов, конечно же, присутствуют виноград и оливки, а также яблоки57. В свою очередь, сладость угаритским десертам придавал мед58.

Строки из угаритского эпоса очень напоминают библейское описание Земли обетованной, только вместо молока – оливковое масло, которое изливается дождем:

небеса елей дождем изливают,реки текут медом59.

Преемницей Угарита в какой-то степени можно считать Финикию, которая располагалась на средиземноморском побережье современных Ливана и Сирии. Финикийские города-государства Библ, Тир и Сидон вели активную морскую и сухопутную торговлю. Наивысшего расцвета они достигли в конце II – начале I тысячелетия до нашей эры, когда началась финикийская колонизация в бассейне Средиземного моря. Она охватила Северную Африку, Сицилию и юго-восточное побережье Испании. Важнейшей западной финикийской колонией стал основанный около 823 года до нашей эры Карфаген60, который продолжал существовать и расширять свою экспансию даже после завоевания персами самой Финикии в VI веке до нашей эры. Однако в борьбе за гегемонию в Средиземноморье Карфаген потерпел поражение – конец его могуществу положил Рим.

Финикийцы в числе первых создали алфавит – во всяком случае, именно их письменность заимствовали древние греки, создав алфавитное письмо, которым мы пользуемся в наши дни. Тем не менее памятников финикийской письменности сохранилось крайне мало. До наших дней дошли только надписи однообразного содержания, по которым нельзя судить о финикийской литературе61. Поэтому и о финикийской гастрономической культуре в деталях практически ничего не известно. О ней можно говорить лишь в самых общих чертах, исходя из предположения, что она была подобна гастрономической культуре Угарита.

Финикийцы не только создали алфавитное письмо, но и распространили по всему Средиземноморью оливу, заложив основу греко-римской гастрономической триады «хлеб – вино – оливковое масло». Карфаген с конца IV века славился своими урожаями пшеницы, оливковыми садами и активно торговал своим оливковым маслом62.

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже