Читаем Кухня Древнего мира полностью

Согласно библейскому повествованию, когда Моисей вел народ израильский из Египта через пустыню, «сказал Господь Моисею: вот, Я одождю вам хлеб с неба». Здесь речь идет о манне небесной90. Хлебные приношения преподносятся Богу в скинии91, а старейшины Израилевы «едят хлеб перед Богом»92 – в этом действии тоже есть что-то сакральное. Священный хлеб – пресный: его Авраам преподнес Богу, явившемуся ему в образе Ветхозаветной Троицы: «И поспешил Авраам в шатер к Сарре и сказал [ей]: поскорее замеси три саты лучшей муки и сделай пресные хлебы»93. Его племянник Лот также «сделал угощение и испек пресные хлебы» для Божественных путников94.

Основными зерновыми культурами, которые древние евреи применяли для выпекания хлеба, были пшеница, ячмень и полба95. Причем ячмень встречается в древнейшем памятнике еврейской письменности – «Календаре из Гезера», датирующемся X веком до нашей эры: в нем указан «месяц жатвы ячменя»96. «Ячменные хлебцы» упоминаются в Четвертой книге Царств, а «лепешки из ячменя» – у Иезекииля97.

В Иерусалиме в IV веке до нашей эры хлеб выпекали уже профессиональные пекари, в городе даже существовала «улица пекарей»: «И дал повеление царь Седекия, чтобы заключили Иеремию во дворе стражи и давали ему по куску хлеба на день из улицы хлебопеков»98.

Оливковое масло

Вторая отсылка к продуктам на страницах Библии 99– упоминание оливкового масла (о плодах дерева добра и зла, растущем в раю, говорить не будем): «Голубь возвратился к нему [Ною] в вечернее время, и вот, свежий масличный лист во рту у него, и Ной узнал, что вода сошла с земли»100. А оливковое масло (), которое в русском синодальном переводе называется «елей», появляется несколько позже: этим маслом Иаков совершил возлияние на камне в том месте, где ему во сне явился Бог: «И встал Иаков рано утром, и взял камень, который он положил себе изголовьем, и поставил его памятником, и возлил елей на верх его»101.

В Книге Исход оливковое масло получает статус материи священнодействия102. Далее оно выступает материей таинства освящения скинии, священника и царя: «И взял Моисей елей помазания, и помазал скинию и все, что в ней, и освятил это»103, «и возлил елей помазания на голову Аарона, и помазал его, чтоб освятить его»104, «и взял Самуил сосуд с елеем и вылил на голову его (Саула), и поцеловал его и сказал: вот, Господь помазывает тебя в правителя наследия Своего»105. Оливковое масло приносят в качестве жертвы Богу106. У пророка Захарии оливки выступают в мистическом аспекте, символизируя «двух помазанных елеем, предстоящих Господу всей земли»107, а у пророка Иеремии становятся образом Иудеи: «Зеленеющею маслиною, красующеюся приятными плодами, именовал тебя Господь»108. В Синодальном переводе оливковое дерево называется маслиной – это более архаичное название, достаточно широко используемое и в современном русском языке. Также ветви оливкового дерева выступают на страницах Библии в качестве литературной метафоры – «Жена твоя, как плодовитая лоза, в доме твоем; сыновья твои, как масличные ветви, вокруг трапезы твоей»109.

Оливковое масло – это не только сакральная материя и литературный образ, но и было важным продуктом питания110. Оливки сбивали с деревьев шестами111, а затем, по-видимому, очищали от косточек и превращали в мягкую массу, которую помещали в плетеные корзины. Из них вытекал «выбитый елей» – оливковое масло самого высокого качества112. После этого с помощью выдавливания и нагревания массы получали масло более низкого сорта113, которое, возможно, в русском синодальном переводе названо «деревянным»114.

В Древнем Израиле было много оливковых садов115. С оливковым маслом совершаются и чудеса: по слову пророка Елисея, им наполняются пустые сосуды у бедной вдовы116. В дальнейшем чудеса с наполнением пустых или полупустых сосудов с вином или пивом станут распространенным сюжетом агиографической литературы.

Вино

Если оливковую ветвь голубь принес, когда еще полностью не сошли воды «Потопа», то когда Ной вышел из ковчега, «устроил жертвенник Господу; и взял из всякого скота чистого и из всех птиц чистых и принес во всесожжение на жертвеннике», он первым делом занялся виноделием: «начал возделывать землю и насадил виноградник; и выпил он вина, и опьянел»117.

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже