Читаем Кухня Древнего мира полностью

Таким образом, первыми продуктами, упоминаемыми в Библии, являются хлеб, оливковое масло и вино. Эта триада уже начинает доминировать в гастрономии Древнего Израиля. В книге Второзаконие Бог говорит, что если еврейский народ будет соблюдать Завет, Он благословит «и хлеб твой, и вино твое, и елей твой»118. В Псалтыре мы видим ту же триаду: псалмопевец обращается с благодарностью к Богу, который производит «вино, которое веселит сердце человека, и елей, от которого блистает лице его, и хлеб, который укрепляет сердце человека»119. Ассирийский царь говорит евреям: «Пока я не приду и не возьму вас в землю такую же, как и ваша земля, в землю хлеба и вина, в землю плодов и виноградников, в землю масличных дерев и меда, и будете жить, и не умрете»120. Хлеб, вино и оливковое масло приобретают сакральный характер – это материи жертвоприношения Богу121. А Бог определяет, что будет дано Аарону за его священство: «Все лучшее из елея и все лучшее из винограда и хлеба, начатки их, которые они дают Господу, Я отдал тебе»122.

О хлебе и вине в Книге Бытия говорится еще более многозначительно: «Мелхиседек, царь Салимский, вынес хлеб и вино, – он был священник Бога Всевышнего, и благословил его [Авраама]»123. Дело в том, что «хлеб и вино» станут в дальнейшем материями таинства литургии в христианстве. В гастрономическом же аспекте мы должны отметить, что место «хлеба и пива», типичного для Древней Месопотамии, из которой вышел Авраам, занимает сочетание «хлеб и вино».

Предок израильтян – Авраам – согласно библейскому повествованию вышел из Месопотамии, в которой, как мы писали в первой главе, доминировала культура пива. Затем еврейский народ какое-то время жил в Египте, где тоже, несмотря на наличие виноделия, доминировала культура пива. Это, конечно же, обусловило распространение этого напитка в Древнем Израиле. Однако благодаря близости Финикии и средиземноморскому климату «Земли обетованной», который благоприятствовал культивированию виноградной лозы, преобладающее место в гастрономической культуре Древнего Израиля заняло вино, а не пиво: евреи пришли в землю виноградной лозы124.

В древнейшем памятнике еврейской письменности – «Календаре из Гезера», о котором речь уже шла выше, – упоминаются «два месяца обрезки виноградной лозы»125.

Виноградники были одной из важнейших сельскохозяйственных культур – даже Навузардан, военачальник вавилонского царя Навуходоносора, который увел евреев в «Вавилонское пленение», оставил часть народа «для виноградников и земледелия»126. О виноградниках очень часто идет речь на страницах Библии127. Особенно знамениты были «Енгедские виноградники» в окрестностях города Ен-Геди, расположенного на западном берегу Мертвого моря128. Виноградник стал настолько важной частью жизни древних евреев, что само это слово использовалось в том числе и в иносказательном, символическом смысле129. В Псалмах «виноградная лоза» и «виноградник» олицетворяют еврейский народ130. Метафора виноградной лозы получит дальнейшее развитие в Новом Завете – в Евангелии от Иоанна Иисус Христос говорит: «Я есмь истинная виноградная лоза, а Отец Мой – виноградарь»131.

На древнееврейском языке вино обозначается тремя основными терминами: (yayin – яин), «вино»; (tirosh – тирош), «молодое вино»; (chemer – хемер), вероятно, «красное сладкое вино»132. Также имеется слово (asis – асис), которое подчас переводится на русский язык как «виноградный сок»133, иногда как «молодое вино»134, а в одном случае – просто «вино»135. Не очень ясный термин (mesekh – месек), «смешанный напиток» – предположительно, вино, смешанное со специями, то есть «пряное вино». На русский язык это слово переведено описательно, и потому его смысл не вполне понятен136. Существовал также винный уксус – (chomets – хомец), который, по-видимому, представлял собой скисшее и разбавленное водой вино137. Обращаясь к Руфи, добродетельной героини одноименной книги, богатый благочестивый человек Вооз говорит: «Время обеда; приди сюда и ешь хлеб и обмакивай кусок твой в уксус»138.

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже