Читаем Кухня Древнего мира полностью

Большинство урартских надписей, относящихся к сельскому хозяйству, посвящено виноградникам и вину. Каждый царь считал своим долгом увековечить память о том, что он не только построил зернохранилище, но и посадил виноградник. Вот что говорится о Царе Ишпуини и его сыне Менуа: «Ишпуини, сын Сардури, (и) Менуа, сын Ишпуини, повелели устройство (?) виноградника. Богу Халди также устройство (?) сада повелели они. Ничего там (раньше) не было построено… когда виноградник… Вино…»260 После смерти отца ставший царем Менуа тоже высаживает виноградник своего имени: «виноградник Менуа»261. Еще один виноградник он подарил своей дочери по имени Таририа: «Дочери Менуа, Таририа, принадлежит этот виноградник. Таририахинили – имя его»262. Аргишти I, преемник и сын Менуа, продолжает дело отца и деда: «Величием бога Халди Аргишти, сын Менуа, говорит: …я от реки (?) четыре канала отвел, виноградник (и) фруктовый сад разбил»263. Его сын Сардури II тоже не забывает о виноградных плантациях: «Величием бога Халди Сардури, сын Аргишти, этот виноградник устроил»264. О его сыне Русе I упоминается: «Руса говорит: разбил я на той земле виноградник»265. Так же поступает и его внук Руса II: «Могуществом бога Халди Руса, сын Аргишти, говорит: земля долины (?) Куарлини была необработанной (?), ничего там не было. Как (?) (мне) бог Халди приказал, (так) я этот виноградник разбил, повелел я там устроить (?) поля с посевами, фруктовые сады»266.

Урартские цари не только сажают виноградную лозу, но и строят уже упоминавшиеся винные кладовые (gie)267: «Могуществом бога Халди Менуа, сын Ишпуини, эту кладовую для вина построил»268. В так называемой «Луврской табличке» (письмо Саргона II к богу Ашшуру), содержащей рассказ о завоевательном походе ассирийского царя Саргона II против Урарту в 714 году до нашей эры, сообщается, что им были захвачены огромные «винные подвалы, где хранилось душистое вино, которое ассирийские воины черпали, как речную воду»269.

В Урарату существовала должность «человек дома вина»: ее представители упоминаются в документах царского дворца во множественном числе – «люди дома вина» (lú é.tin). Игорь Дьяконов, который опубликовал и перевел эти документы, предлагает два варианта перевода: «виноделы» или «виночерпии»270.

Пиво

Несмотря на приоритет виноделия, в Урарту занимались и пивоварением – в этом чувствуется близость Месопотамии. Для изготовления пива использовали не только ячмень, но и просо271. Древнегреческий историк Ксенофонт в V веке до нашей эры, уже после того как государство Урарту перестало существовать, путешествовал по Армянскому нагорью, после чего описал «ячменное вино» местных жителей: «Там хранились также пшеница, ячмень, овощи и ячменное вино в кратерах. В уровень с краями сосудов в вине плавал ячмень и в него воткнут был тростник, больших и малых размеров, но без коленцев; кто хотел пить, должен был взять тростник в рот и тянуть через него вино. Не смешанное с водой вино было очень крепким, но для людей привычных это был очень приятный напиток»272.

<p>Глава 4. Предыстория Эллады</p><p>Минойская цивилизация Крита и Микенская Греция</p>
<p><emphasis>Европа начинается с Крита </emphasis></p>

Согласно древнегреческой легенде, европейская история началась с похищения отцом богов Зевсом финикийской царевны по имени Европа. Явившись в образе прекрасного быка, он позволил ей сесть себе на спину, а потом увез на другой берег Средиземного моря, который с тех пор и стал называться ее именем. Вспомним строки Горация:

Знай, тебя любил, как жену, Юпитер.Так не плачь навзрыд и судьбу ЕвропыС гордостью неси. Твое имя приметВскоре полмира1.

Так миф аллегорически объяснял перенос культурного наследия древних цивилизаций Месопотамии, Египта и Малой Азии на побережье и острова Эгейского моря, а также историческую преемственность культуры зарождавшейся Европы2.

Первым очагом европейской культуры стал остров Крит, где к 2000 году до нашей эры сформировалась цивилизация, получившая название минойской по имени легендарного царя Крита Миноса, который, по легенде, был сыном Зевса и той самой царевны Европы. Крит, окруженный водами Средиземного моря, стал первой в мире морской державой – талассократией. Центром минойской цивилизации был так называемый главный дворец в Кноссе – огромное здание с множеством залов и коридоров. Завоевавшие Крит полудикие греческие племена, пораженные размерами дворца и не понимавшие его назначения, в своих мифах назовут его лабиринтом. Они изобразят его как таинственное строение, попав в которое человек уже не мог выбраться и неизбежно погибал. На самом деле жизнь во дворце для критской элиты была полна удобств: имелась проточная вода и канализация, а также хорошо продуманная система вентиляции и естественного освещения, стены расписаны прекрасными фресками. В подвалах стояли пифосы с зерном, вином и оливковым маслом3.

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже