Читаем Кухня Древнего мира полностью

В легендарном жизнеописании Эзопа рассказывается, как будущий баснописец преподнес хлеб и оливки жрице богини Исиды, которая сбилась с пути, а затем вывел ее на дорогу. По просьбе этой жрицы богиня даровала прежде немому Эзопу дар речи и умение слагать басни201. В одной из его басен одушевленное дерево Олива, обращаясь к другим деревьям, с гордостью говорит, что ее масло ценят боги и люди202. Феокрит в идиллии «Эпитоламий Елены» – свадебной песне, обращенной к Елене Прекрасной, из‑за которой и началась Троянская война, – описывает, как ей преподносят оливковое масло:

Первой тебе мы из фляжки серебряной сладкое маслоКаплю за каплей нальем под тенистою сенью платана203.

Победителей на Олимпийских играх изначально награждали священными яблоками, а затем – венком из «κότινο» («котино» – дикая олива)204. Отзываясь о спортивных состязаниях, Лукиан, как всегда, иронизирует: «И тем более смешным кажется мне, что эти лучшие, как ты их называешь, переносят так много страданий и несчастий и позорят свою красоту и свой рост синяками и песком, стремясь, в случае победы, получить в награду яблоки или венок из дикой маслины»205.

Афиней неоднократно упоминает оливки206 и оливковое масло, но приводит только три названия: самосское, карийское и самое лучшее – фурийское207. Фурии находятся на юге нынешней Италии, но в древности, как мы уже отмечали, эта область относилась к Великой Греции.

Греческие колонисты привозили с собой оливковые деревья, в том числе и на Южный берег Крыма, с тем чтобы высадить их на новых землях. О долговечности оливкового дерева писал Теофраст, отмечая, что оно живет около двухсот лет208. При этом в Крыму около античного города Партенит сохранилась роща из 28 оливковых деревьев более чем пятисотлетнего возраста209. О том, как следует сажать оливковое дерево, поучал Ксенофонт в «Домострое»210.

Из оливок делали не только масло – их также употребляли в пищу. Поскольку консервирование еще не было известно, эти плоды засаливали – о соленых оливках мимоходом упоминает Аристофан211. Оливки были дешевым и очень распространенным продуктом питания: когда Платон на роскошном пиру стал есть одни оливки, это вызвало недоумение212.

<p><emphasis>Фрукты, овощи и грибы</emphasis></p>

После винограда, о котором мы уже сказали достаточно, самым распространенным фруктом в Древней Греции были яблоки. О них пишут многие авторы и, конечно же, Афиней213. Сапфо слагала о яблоках изящные строки:

Яблочко, сладкий налив, разрумянилось там, на высокойВетке, – на самой высокой, всех выше оно214.

Много было в Древней Элладе и груш – особенно славился ими остров Эвбея215. Поэтесса Праксилла вкладывает в уста Адониса, низринутого в Аид свирепым вепрем, такие слова о яблоках и грушах:

Вот что прекрасней всего из того, что я в мире оставил:Первое – солнечный свет, второе – блестящие звездыС месяцем; третье же – яблоки, спелые дыни и груши216.

Афиней устами одного из своих героев говорит, что «первым культурным плодом, доставшимся человечеству», была смоква217. Из греческих смокв, множество сортов которых описывает Афиней, самыми лучшими считались карийские. Не случайно официально принятое в ботанике латинское название смоквы «fícus carica» происходит от Карии – области в Малой Азии. Смоквы ели свежими, а также сушили и жарили218. Их упоминает Аристофан в комедии «Мир»219, а Ксенофонт в «Домострое» рассуждает о том, как сажать смоковницу220. Конечно же, не обходит ее вниманием и главный греческий ботаник Теофраст в «Истории растений»: «Цветок смоковницы напоминает цветок мушмулы, и цветет эта смоковница одновременно с мушмулой. Плод, который называется «винной ягодой», красного цвета, величиной с маслину, только круглее, вкусом напоминает мушмулу221. Мушмула была завезена в Древнюю Грецию в IV веке до нашей эры с Кавказа. О ней также пишет Теофраст: «Есть три вида мушмулы: aiithedon, sataneios и anthedonoeides: это деление идейских жителей. У sataneios плоды крупнее, белее, губчатее, с более мягкими косточками; у остальных видов они мельче, душистее и более вяжущего вкуса, так что их можно дольше сохранять впрок»222.

Наслаждались древние греки и другими фруктами: черешней223, персиками, цедратом или цитроном224, шелковицей (тутовыми ягодами), терносливой225, плодами земляничного дерева226, кизилом227, сливами228, финиками229, гранатом230, а также дыней. Она упоминается в приведенном выше стихотворении Праксиллы.

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже