Читаем Кухня Древнего мира полностью

Пшеница давала «светский» хлеб, а полба – «сакральный», который предназначался для священных приношений богам. Описывая в «Энеиде» прибытие Энея в Италию, Вергилий повествует о том, что троянцы, ступив на берег, совершили жертвоприношение лепешками из полбы:

Их, как Юпитер внушил, разложив на лепешках из полбы,Диких приносят плодов, на столы из хлеба кладут их…34

Эти «лепешки из полбы» поэт называет «adorea liba», используя термин libum, обозначавший главный римский пирог, в том числе и тот, который приносили в жертву богам и о котором речь впереди. У Горация, в свою очередь, речь идет о другом жертвенном пироге из полбы, «far pium», он являлся священным приношением Пенатам – божествам домашнего очага:

Смягчишь нахмуренных пенатов —Полбой священной, крупинкой соли35.

Полбенный хлеб, «panis farreus», упоминает Колумелла – но уже не в сакральном контексте36.

Обеспечение народа хлебом было в Риме важной государственной задачей. Уже в республиканскую эпоху за снабжением следили государственные чиновники – курульные эдилы, которые отвечали за заготовку зерна, а также за качество хлеба. В Риме уже тогда начала формироваться система государственного контроля качества продовольствия. Народ снабжали хлебом сначала по низким ценам, а затем, в эпоху империи, и вовсе бесплатно. Тит Ливий сообщает, что в 196 году до нашей эры «курульные эдилы Марк Фульвий Нобилиор и Гай Фламиний распределили среди народа десять сотен тысяч мер пшеницы по два медных аса за меру. Ее привезли в Рим сицилийцы»37. В 123 году по настоянию народного трибуна Гая Гракха был принят «Lex frumentaria». Согласно этому аграрному закону устанавливалась максимальная цена на зерно, которое продавали с государственных складов бедным гражданам: его стоимость составляла около половины рыночной38.

Светоний сообщает, что в правление императора Августа была учреждена должность чиновника, распределяющего бесплатный хлеб39. А сам император Август в своей краткой автобиографии, получившей название «Res gestae divi Augusti» («Деяния божественного Августа»), пишет, что он установил бесплатную раздачу государственного хлеба 200 тысячам бедных граждан Рима40. Это количество хлеба, раздаваемого бедным, оставалось почти неизменным вплоть до крушения империи. При республиканском строе обеспечить население хлебом означало собрать голоса на выборах, при империи – сохранить в столице спокойствие, и при обеих формах правления – снискать народную любовь и благодарность41.

Как и любую другую горячую пищу, хлеб в Древнем Риме изначально готовили в домашних условиях. Плиний Старший писал, что пекари (pistores) появились в Риме лишь с 171 года до нашей эры, во времена войны с Персеем Македонским (Третьей Македонской войны)42. И все же, по-видимому, городские пекарни в Риме уже существовали и раньше, при Плавте, жившем еще до начала этой войны, в 254–184 годах. Одна из героинь его комедии «Ослы» говорит: «Хлеба ли у пекаря, вина ли в винной таверне купить. Деньги дал – бери»43.

Самыми известными римскими пекарями, которые увековечили свои имена в истории, воздвигнув себе надгробные памятники, были Ноний Зеф из Остии и Марк Вергилий Эврисак. Ноний Зеф, живший в I веке до нашей эры, известен благодаря своему большому мраморному саркофагу, на котором с двух сторон от имени изображено оборудование его пекарни. В настоящее время этот саркофаг хранится в Ватикане, в собрании Музея Кьярамонти. Марк Вергилий Эврисак, живший в конце I века до нашей эры, установил себе не просто саркофаг, а настоящий «мавзолей», представлявший собой трехъярусную башню у Эсквилинских ворот Рима. В начале V века нашей эры он был встроен в систему римских укреплений. Его открыли при реставрационных работах, организованных папой римским Григорием XVI в 1838 году. На третьем ярусе этого «мавзолея» изображен процесс приготовления хлеба: ослы работают на двух мельницах, работники у стола сеют муку, а хозяин берет ее пробу. На двух больших столах пекари раскатывают и формуют тесто, а стоящий рядом помощник хозяина дает им указания. В доверху наполненных плетеных корзинах работники несут хлеб к весам, где его взвешивают и принимают эдилы44. При археологических раскопках в Помпеях были обнаружены в печи около 80 обугленных хлебов круглой формы.

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже