Кухня Древнего мира

Для поэтов пушкинской эпохи Фалерн был источником поэтического вдохновения. У Владимира Филимонова, который называл себя «любителем Флакка и Фалерна»86, это вино появляется не реже, чем в стихах Горация: «Милы нам Фалерна чаши»87. И Константин Батюшков восклицал: «Где твой Фалерн и розы наши?»88

У Каролины Павловой фиалы наполняются Фалерном в стихотворении «Ужин Поллиона»89. А у Льва Мея в стихотворении «Цветы» Фалерном наполняется ритон – сосуд для питья, дно которого представляло голову животного и который, как правило, использовался для возлияния вина бессмертным богам:

Одной рукой ты оперлась на маску,Другой – ритон с фалернским подняла.

И далее:

Спокойное фалернское виноБиблосским искрометным сменено90.

Иван Бунин в 1909 году в стихотворении «Мертвая зыбь» писал о «пенном Фалерно»91. Но почему Фалерн у него стал пенным? Наверное, потому, что он имел в виду уже не древнее римское вино, а его современного «наследника».

Фалерн мистическим образом появляется и в самом таинственном и лирическом русском романе XX века – «Мастере и Маргарите»: «Ведь Мессир прислал вам подарок, – тут Азазелло отнесся именно к Мастеру, – бутылку вина. Прошу заметить, что это то самое вино, которое пил прокуратор Иудеи. Фалернское вино»92.

2. Массик. Виноградники горы Массико давали плоды для двух родственных вин: из винограда с южного склона производился Фалерн, а с северного – Массик. Это вино было близко по качеству к Фалернскому – во всяком случае, во времена Горация. Вот его строки в переводе Афанасия Фета:

Был Манлий консулом, когда со мной, амфора,Ты родилась. Теперь чего б ты ни полна:Веселья ли, вражды ль и буйного задора,Безумной ли любви, отрадного ли сна,И на какую б ты не берегла причинуМассийское вино – в день радости моейПочнем тебя. Сойди! Так хочется Корвину!И мягкого вина побольше нам налей.Хотя премудростью Сократа благочиннойОн славен, но найдешь ценителя ты в нем;Недаром говорят, что и Катон старинныйНередко доблести подогревал вином93.

Массик украшает строку еще одной оды Горация: «Забудемся над чашами Массика»94. О нем упоминает Вергилий в «Георгиках»: «Bacchi Massicus umor» («Вакха Массийского влага»)95, а Марциал сравнивает «Massica vina» с лучшим медом Аттики96.

Родиной и Фалерна, и Массика был Лаций – историческая область в западной части Центральной Италии, где на одном из холмов был основан Рим. Из Лация происходили и другие выдающиеся вина, например Цекуб.

3. Цекуб (Caecubum) – это вино занимает второе место в списке знаменитых вин Римской империи. Плиний Старший пишет даже, что в древности оно ценилось выше Фалернского: «Раньше славилось благородное цекубское вино; получали его с лоз, росших у Аминкланского залива в болотистых тополевых рощах. Вина этого теперь нет: и хозяева нерадивы, и места не хватает, а самая большая помеха – это канал, который Нерон хотел сделать судоходным от Байского озера до самой Остии»97. Гораций, живший на пятьдесят лет раньше Плиния Старшего, к цекубскому вину относился со священным почтением и называл его «Цекуб… достойный кубка понтификов»98, имея в виду римских жрецов, совершавших этим вином священные возлияния бессмертным богам. Смертные же, как считал Гораций, должны открывать его только по великим праздникам. Так, он вопрошает: «Что делать мне, как отметить Праздник Нептуна?» – и отвечает: открыть «крепкое цекубское» (strenua Caecubum)99. Это вино достойно того, чтобы с ним отмечать самые важные и торжественные события, такие как, например, победа Рима над царицей Египта Клеопатрой:

Нам пить пора, пора нам свободноюСтопою в землю бить, сотрапезники,Пора для пышных яств салийскихЛожа богов разубрать богаче.Грехом доселе было цекубскоеИз погребов нам черпать, из дедовских,Пока царица КапитолийМнила в безумье своем разрушить100.

Гораций сравнивает цекубское вино со «святыней Цереры»:

Потом, как афинская деваСо святыней Цереры, вступил меднолицый гидаспецС ношей цекубского…101

Гидаспец – это раб-индус: на реке Гидасп в Индии произошло знаменитое сражение Александра Македонского с войском индийского царя Пора.