Читаем Кухня Древнего мира полностью

15. Черешня. Плиний утверждал, что черешневое дерево привез из понтийского города Церазус римский полководец Лукулл, победивший царя Митридата364. Впоследствии он прославился своими обильными пиршествами, которые стали фразеологизмом – «лукулловы пиры». Латинское название черешни «cerasus» произошло от города Церазус – на древнегреческом Κερασοῦς– на южном побережье Черного моря. Затем оно перешло в новоевропейские языки: в итальянском появилась ciliega, во французском – cerise, в испанском – cereza, в немецком – Kirsche, а в английском – cherry. Русское слово «черешня» также восходит к этому названию.

16. Миндаль. О нем упоминает Плиний, называя его pomum amygdalis, а Эдикт Диоклетиана устанавливает на миндаль предельные цены365.

17. Фисташка. Об этих деревьях Плиний пишет, что их «первый привез в Италию Вителлий»366. Имеется в виду Луций Вителлий, легат-пропретор Сирии, отец будущего императора Авла Вителлия – тот самый, который сместил со своих должностей прокуратора Иудеи Понтия Пилата и первосвященника Каиафу.

18. Каштан. Упоминания о нем можно встретить у Вергилия367 и в Эдикте Диоклетиана368, а Плиний говорит, что, хотя плоды этого дерева и называются орехами, они «ближе к желудям»369.

19. Орех. Слово nux было общим наименованием всех подобных плодов. Различались Авелланские, или лесные, орехи (nux Abellana), орешки пинии, а также грецкие орехи – на латинском языке «iuglandes». Название последних происходит от словосочетания «Jovis glans» – «желудь Юпитера»370.

Палладий Рутилий описал далеко не все фруктовые деревья и их плоды. Так, в его стихах не упоминается финик, который назывался «dactylus». Эдикт Диоклетиана о ценах упоминает «dactylus Nicolaus», противопоставляя его сорту «palmula»371. О другом крупном сорте фиников, «cariota», писал Марциал:

В праздник январских Календ золоченые финики дарят,Но лишь одни бедняки эти подарки несут372.

Петроний в «Сатириконе» помимо кариоты говорит еще и о фиванских финиках «thebaica»373. Финики широко использовались в римской кулинарии, о чем свидельствуют рецепты книги «De re coquinaria».

Плиний и Колумелла добавляют к этому списку абрикос (armeniacum)374. Его латинское название указывает на то, что этот фрукт привезли из Армении. О нем пишет и Палладий Рутилий, но не в стихах, а в прозе375. В книге «De re coquinaria» абрикос назван «praecoquus», что дословно означает «скороспелый» (на древнегреческом – πραικόκκιον).

В Эдикте Диоклетиана дополнительно упоминаются зизифус (zizyphus), или, как его еще называют, ююба, а также каперсы – «capparis», которые не являются ни фруктами, ни овощами, как, собственно, и дыня – «melopepo»376. Вергилий в «Буколиках» пишет о ягодах – ежевике «rubus» и землянике «fraga»377. Заключает перечень фруктов неизвестный плод «terracuberum», название которого иногда переводят как «трюфель». Это довольно произвольный перевод, поскольку «terracuberum» идет в списке Эдикта о ценах после сушеного винограда («uvae passae»)378.

Катон Старший утверждал, что главным римским овощем была капуста – «brassica»: «Капуста изо всех овощей – первая». При этом он отмечал, что капуста не только способствует пищеварению: «Если хочешь на пиру много выпить и с удовольствием поесть, съешь перед обедом сколько угодно сырой капусты с уксусом и опять-таки, когда пообедаешь, съешь ее листьев пять. Ты почувствуешь себя, как будто ничего не ел, и выпьешь вволю». Далее он перечисляет сорта капусты, а также способы лечения капустой различных заболеваний379. Капусте посвящена одна из эпиграмм Марциала380.

После капусты по популярности, по-видимому, следовал цицер (cicer), который мы намеренно не называем «турецким горохом» – эпитет «турецкий» никак не соотносится с эпохой Античности. Другим распространенным плодом были бобы – faba. В одной пространной эпиграмме Марциал приглашает к себе своего римского друга, подчеркивая, что обед будет скромным, с горячим цицером и теплым люпином: «fervens cicer et tepens lupinus»381. Строки его эпиграммы, посвященной бобам, выглядят еще категоричнее:

Ежели бледный стручок в горшке твоем пенится красном,Можешь пореже ходить ты к богачам на обед382.

Бобовую кашу приносили в жертву Юноне, которую чествовали в июне: «Жертву ей [Юноне] приносят бобовой кашей и салом, потому что ими подкрепляют главным образом телесные силы. Ведь и июньские календы народ зовет бобовыми, так как в этот месяц зрелые бобы считаются божественными»383. Следующей по распространенности стала чечевица (lens), которая была дешевле полбы (alica), но дороже бобов384.

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже