Читаем Квантовая хромодинамика: Введение в теорию кварков и глюонов полностью

где коэффициенты C(n)j имеют конечное разложение в ряд Лорана в окрестности точки ε=0 (т.е. имеют вид ∑nk=0 a(n)k ε-k +O(ε)). Существует и другой способ проследить за возникновением контрчленов [45]. Из выражения (8.2) для S-матрицы видно, что вследствие сингулярного характера входящих в него полей хронологическое произведение


0

(x)

1

… ℒ

0

(x

n

)


int

int


(8.8 а)


не определено при совпадающих аргументах xi=xj. Следовательно, к каждому члену разложения (8.2), имеющему вид (8.8а), можно добавить произвольное слагаемое вида


p(∂)δ(x

1

-x

2

) … δ(x

i

-x

j

) … δ(x

n-1

-x

n

) ,

(8.8 б)


где символ p обозначает выражение, полиномиальное по оператору дифференцирования. Отсюда видно, что члены (8.8 6) соответствуют контрчленам.

Насколько произвольны значения коэффициентов Z? Одно из условий, определяющих их величину, состоит в требовании, чтобы лагранжиан ℒR приводил к конечным ответам даже в пределе ε→0. Но это не полностью фиксирует коэффициенты C(n)j в выражении (8.6 б). Чтобы однозначным образом конкретизировать все перенормировочные множители Z, фигурирующие в теории, необходимо рассмотреть столько независимых амплитуд, сколько параметров должно быть определено.

Вернемся к лагранжиану КХД. Квантовая хромодинамика является калибровочной теорией поля, и, как мы видели, калибровочная инвариантность представляет собой необходимое условие того, чтобы эта теория имела смысл. Условие калибровочной инвариантности накладывает жесткие ограничения на допустимую структуру контрчленов: они должны быть калибровочно-инвариантными. Из выражения для лагранжиана ℒεQCD и выражения (5.11) видно, что единственными допустимыми изменениями являются замены11)

11 Отметим, что не все множители Z независимы. Например, из тождеств Славнова - Тейлора следует равенство Zλ=ZB (см. § 9).


q

i

(x)→Z

q

i

(x),


 

F

u


B

μ

(x)→Z

B

μ

(x),


a

B

ua


ω

 

(x)→Z

ω

 

(x),


a

ω

ua


ω

 

(x)→Z

ω

 

(x),


a

ω

ua


g→Z

g

g,


m

q

→Z

m,q

m

q

,


λ→Z

λ

λ.


(8.9)


Калибровочная инвариантность приводит к тому, что все кварковые перенормировочные множители Z равны одной и той же величине ZF. Аналогичное утверждение справедливо и для глюонных перенормировочных множителей, каждый из которых равен ZB. Кроме того, перенормировочные множители для вершин qqB, BBB, BBBB и ωωB, которые, вообще говоря, могли бы быть разными, следует заменить одним перенормировочным множителем Zg. Такого специфического набора перенормировочных множителей оказывается вполне достаточно, чтобы обеспечить конечность функций Грина. Это является следствием тождеств (в случае абелевых калибровочных теорий называемых тождествами Уорда, а в случае неабелевых теорий - тождествами Славнова - Тейлора), которым в силу калибровочной инвариантности должны удовлетворять функции Грина. Как уже отмечалось, эти тождества12) возникают в результате преобразований БРС. Ниже будут приведены некоторые из наиболее важных тождеств Славнова - Тейлора.

12) Детальное исследование тождеств Уорда и Славнова — Тейлора можно найти в книгах [114, 189]

В заключение этого параграфа введем некоторые обозначения. Если в исходном лагранжиане провести замены (8.9), то мы получим выражение для перенормированного лагранжиана


ξ


R


=

 

 


{

i

q

̃

D

̃q̃ - m̃

q

q

̃q̃

}

 -

1

(D̃×B̃)

2

-

λ

(∂⋅B̃)

2


4

2


q


+


(∂

μ

ω

̃)D̃

μ

ω̃


(8.10 а)


где тильда над символом означает, что данная величина содержит соответствующий множитель Z, например


q̃=Z

q

u

,


F


m̃=Z

m

m,…,


D̃q̃=

-ig̃tB̃)q̃,

… и т.д.


(8.10 б)


Таким образом, лагранжиан ℒξR формально совпадает с неперенормированным лагранжианом ℒξ при замене всех входящих в него неперенормированных величин на перенормированные. Перенормированный лагранжиан ℒξR можно представить в виде суммы


ξ

=ℒ

ξ

+ℒ

ξ


R

uD

ctD


(8.11 а)


где член


ξ


uD

 


=

 


{

-

q

u

D

q

u

- m

q

u

q

u

}

 -

1

(D

u

×D

u

)

2

-

λ

(∂B

u

)

2


4

2


q


+

(∂

μ

ω

u

)D

μ

ω

u

,


(8.11 б)


содержит неперенормированные, или "голые", поля, заряды и массы, а член


ξ


ctD


=


ξ

-ℒ

ξ


R

uD


=

 


(Z

-1

-1)i

q

q

u


F


 

 

 

q


+


(Z

-1

Z

Z

 

-1)g

q

u

γ

μ

t

a

q

u

B

μ

+…


F

B

g

ua


(8.11 в)


описывает вклад контрчленов.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Причина времени
Причина времени

Если вместо вопроса "Что такое время и пространство?" мы спросим себя "В результате чего идет время и образуется пространство?", то у нас возникнет отношение к этим загадочным и неопределяемым универсальным категориям как к обычным явлениям природы, имеющим вполне реальные естественные источники. В книге дан краткий очерк истории формирования понятия о природе времени от античности до наших дней. Первой ключевой фигурой книги является И. Ньютон, который, разделив время и пространство на абсолютные и относительные, вывел свои знаменитые законы относительного движения. Его идею об отсутствии истинного времени в вещественном мире поддержал И. Кант, указав, что оно принадлежит познающему человеку, затем ее углубил своим интуитивизмом А. Бергсон; ее противоречие с фактами описательного естествознания XVIII-XIX вв. стимулировало исследование реального времени и неоднородного пространства мира естественных земных тел; наконец, она получила сильное подтверждение в теории относительности А. Эйнштейна.

Автор Неизвестeн

Физика / Философия / Экология
Абсолютный минимум
Абсолютный минимум

Физика — это сложнейшая, комплексная наука, она насколько сложна, настолько и увлекательна. Если отбросить математическую составляющую, физика сразу становится доступной любому человеку, обладающему любопытством и воображением. Мы легко поймём концепцию теории гравитации, обойдясь без сложных математических уравнений. Поэтому всем, кто задумывается о том, что делает ягоды черники синими, а клубники — красными; кто сомневается, что звук распространяется в виде волн; кто интересуется, почему поведение света так отличается от любого другого явления во Вселенной, нужно понять, что всё дело — в квантовой физике. Эта книга представляет (и демистифицирует) для обычных людей волшебный мир квантовой науки, как ни одна другая книга. Она рассказывает о базовых научных понятиях, от световых частиц до состояний материи и причинах негативного влияния парниковых газов, раскрывая каждую тему без использования специфической научной терминологии — примерами из обычной повседневной жизни. Безусловно, книга по квантовой физике не может обойтись без минимального набора формул и уравнений, но это необходимый минимум, понятный большинству читателей. По мнению автора, книга, популяризирующая науку, должна быть доступной, но не опускаться до уровня читателя, а поднимать и развивать его интеллект и общий культурный уровень. Написанная в лучших традициях Стивена Хокинга и Льюиса Томаса, книга популяризирует увлекательные открытия из области квантовой физики и химии, сочетая представления и суждения современных учёных с яркими и наглядными примерами из повседневной жизни.

Майкл Файер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Физика / Научпоп / Образование и наука / Документальное