Читаем Левиафан 2. Иерусалимский дневник 1971 – 1979 полностью

20 октября. 1. Иерусалим. Был в Доме художника: виделся с А. Офеком и Н. Беземом и др.

Поменял у Портнихи чек на деньги.

Был у Нафтали и Гольди Гольдшмит в магазине.

Был у Ирки в магазине. Познакомился с лингвистом Витей Раскиным. Купил несколько книг.

Вернулись с Иркой домой. Приехала Ев. Ар.

21 октября. 2. Иерусалим. Ирка работает в книжном магазине.

Я встретил в Доме художника Марка Шепса и… неожиданно Рут Шепс. Видел Нафтали Безема. Арика Килемника и др.

Я взял Рут, и на рынке мы повстречали Ирку, купили овощи и вернулись домой. Дома нас уже ждал Марк.

Обед у нас: я, Ирка, Рут. Вечером заехал Марк, и они с Рут уехали.

Вечером у нас С. Аккерман: говорили о религиозном искусстве, пили чай.

22 октября. 3. Иерусалим. Тель-Авив. Лод. С Иркой и Аккерманом на моей «Марине» выехали в Тель-Авив.

Были у Яши Александровича, я отдал ему 100 своих старых рисунков; погасил долг 1500 лир и получил еще 1000 лир.

Аккерман был у Дарома, а потом мы все вместе были в одежном магазине Рубинштейнов, Ирка выбирала себе одежду в счет картины.

Заехали на рынок Кармель.

Поехали в Лод встречать Наташу Белинкову. Встретились. Выехали в Иерусалим; и вот мы у нас.

Ужин с водкой. Мы с Иркой, Наташа, Аккерман. Воспоминания.

Приехал Аарон Априль. Пришел Толя Якобсон. Выпивали, закусывали, беседовали, спорили.

Все разошлись, а мы еще беседовали с Наташей и немного гуляли. Наташа живет у нас.

23 октября. 4. Иерусалим. Я показывал Наташе Белинковой Старый город, мы гуляли там несколько часов.

Фима привез к нам Шуламит Яффе (стенографистка Рабина, родственница его жены, жена покойного крупного офицера Цахала), милая женщина. Она купила у меня одну из последних миниатюр (300 лир вместе с рамкой).

Вечером у нас: Наташа Белинкова, Фима, Толя Якобсон. Потом все они вместе с Иркой были у Фимы.

24 октября. 5. Иерусалим. Фима утром забрал Наташу Белинкову и возил ее по Иерусалиму и к себе; она в полном от него восторге и купила у него за $100 цветочек.

Я был у Ирки в магазине, познакомился там с филологом Омри Роненом (проф. Иерус. ун-та); недаром Толя Якобсон ругал его; это маленький закомплексованный человечек, находящийся в круговой обороне. Жаль.

С Златкой был я в Доме художника, пил кофе и беседовал с милым Иошуа Нойштайном.

Вечером у нас Фима и Наташа Белинкова (она живет у нас).

Днем я был в маг. у Нафтали Гольдшмита, мерил брюки, получил 100 лир за рамку.

25 октября. 6. Иерусалим. Ирка с Портным ездили за покупками.

Приехал Миша Калик, взял Наташу Белинкову и возил ее куда-то.

Заезжал Цви Фефер.

Вечером у нас: Слава Цукерман и Нина, Витя Раскин и Марина, Наташа Белинкова.

26 октября. Шб. Иерусалим. Я, Ирка, Златка и Наташа Белинкова на открытии выставки «Осенней», где висит в уголке и мой холст «Израиль – вечно живой». Много друзей и знакомых: Аккерман, Фима с семьей, М. Таль, Н. Безем, А. Офек с семьей, Н. Гольдшмит с семьей, А. Бецалель и много-много других. При входе висит в отдельном зале работа Арье Ароха и даты его рождения и смерти. Выставку открыл Тедди Коллек.

Мы все вместе на обеде у Портных с их родственниками.

Наташе Белинковой я подарил рисунок, и она купила одну из последних миниатюр «Зимнее море» за $70.

Саша Арарий был с несколькими молодыми дамами.

Вечером у Портных – день рождения Михаль. Мы с Иркой, Яшкой и Наташей Белинковой; С. Аккерман, Яков и Двора Нехуштан, Гидон и Рут Мейдан, Борис Цукерман с женой и дочкой, Григорович с женой, Роман Каплан, Мириам Таль с Ализой Наор и др.

27 октября. 1. Иерусалим. Утром беседовали с Наташей Белинковой.

С Наташей были у Ирки в магазине «Дар».

Ирка разболелась, я отвез ее домой, и она лежит весь день.

Был Толя Якобсон, и они с Наташей уехали гулять.

Нарисовал две миниатюры акриликом.

Был в галерее «Ктана» с Златкой. Познакомился с худ. Давидом Сюзана, видел посла Наля с супругой, худ. Зохара.

Вечером у нас: Толя Якобсон, потом историк Алексей Жданко, потом Ев. Ар. приехала.

Наташа Белинкова ночевала у нас.

28 октября. 2. Иерусалим. Нарисовал «Зачарованное дерево» акриликом на пресс. картоне.

Наташа Белинкова уехала жить к Мише Калику. Мы в наилучших отношениях, но Наташа человек другого круга, ее понимание литературы не соответствует нашему, от искусства она очень далека.

Вечером заходил Иркин школьный приятель Саша Бененсон (биохимик).

29 октября. 3. Иерусалим. Хулиганы прокололи мне шину автомобиля.

Утром заходил Виктор Раскин.

Я был у Ирки в книжном магазине.

Заходил Авраам Офек.

Я пил чай у Авраама Офека. Еще был Дани Кафри.

Пришел Саша Аккерман. Он дал мне 5 своих рис. за мой офорт «Все проходит».

Перейти на страницу:

Все книги серии Критика и эссеистика

Моя жизнь
Моя жизнь

Марсель Райх-Раницкий (р. 1920) — один из наиболее влиятельных литературных критиков Германии, обозреватель крупнейших газет, ведущий популярных литературных передач на телевидении, автор РјРЅРѕРіРёС… статей и книг о немецкой литературе. Р' воспоминаниях автор, еврей по национальности, рассказывает о своем детстве сначала в Польше, а затем в Германии, о депортации, о Варшавском гетто, где погибли его родители, а ему чудом удалось выжить, об эмиграции из социалистической Польши в Западную Германию и своей карьере литературного критика. Он размышляет о жизни, о еврейском вопросе и немецкой вине, о литературе и театре, о людях, с которыми пришлось общаться. Читатель найдет здесь любопытные штрихи к портретам РјРЅРѕРіРёС… известных немецких писателей (Р".Белль, Р".Грасс, Р

Марсель Райх-Раницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Гнезда русской культуры (кружок и семья)
Гнезда русской культуры (кружок и семья)

Развитие литературы и культуры обычно рассматривается как деятельность отдельных ее представителей – нередко в русле определенного направления, школы, течения, стиля и т. д. Если же заходит речь о «личных» связях, то подразумеваются преимущественно взаимовлияние и преемственность или же, напротив, борьба и полемика. Но существуют и другие, более сложные формы общности. Для России в первой половине XIX века это прежде всего кружок и семья. В рамках этих объединений также важен фактор влияния или полемики, равно как и принадлежность к направлению. Однако не меньшее значение имеют факторы ежедневного личного общения, дружеских и родственных связей, порою интимных, любовных отношений. В книге представлены кружок Н. Станкевича, из которого вышли такие замечательные деятели как В. Белинский, М. Бакунин, В. Красов, И. Клюшников, Т. Грановский, а также такое оригинальное явление как семья Аксаковых, породившая самобытного писателя С.Т. Аксакова, ярких поэтов, критиков и публицистов К. и И. Аксаковых. С ней были связаны многие деятели русской культуры.

Юрий Владимирович Манн

Критика / Документальное
Об Илье Эренбурге (Книги. Люди. Страны)
Об Илье Эренбурге (Книги. Люди. Страны)

В книгу историка русской литературы и политической жизни XX века Бориса Фрезинского вошли работы последних двадцати лет, посвященные жизни и творчеству Ильи Эренбурга (1891–1967) — поэта, прозаика, публициста, мемуариста и общественного деятеля.В первой части речь идет о книгах Эренбурга, об их пути от замысла до издания. Вторую часть «Лица» открывает работа о взаимоотношениях поэта и писателя Ильи Эренбурга с его погибшим в Гражданскую войну кузеном художником Ильей Эренбургом, об их пересечениях и спорах в России и во Франции. Герои других работ этой части — знаменитые русские литераторы: поэты (от В. Брюсова до Б. Слуцкого), прозаик Е. Замятин, ученый-славист Р. Якобсон, критик и диссидент А. Синявский — с ними Илью Эренбурга связывало дружеское общение в разные времена. Третья часть — о жизни Эренбурга в странах любимой им Европы, о его путешествиях и дружбе с европейскими писателями, поэтами, художниками…Все сюжеты книги рассматриваются в контексте политической и литературной жизни России и мира 1910–1960-х годов, основаны на многолетних разысканиях в государственных и частных архивах и вводят в научный оборот большой свод новых документов.

Борис Яковлевич Фрезинский , Борис Фрезинский

Биографии и Мемуары / История / Литературоведение / Политика / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Наталья Владимировна Вукина , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары / Документальное