Лучшее в нашей жизни. 45 нежных советов. От прививок и режима сна ребенка до эмоционального здоровья родителей

События вдруг стали развиваться с молниеносной скоростью. Ритм сердцебиения резко подскочил. Вокруг нарастало беспокойство акушерок, сомнения гинеколога, неуверенность будущей мамы, тревожность моего брата, мои собственные страхи. Я увидела, как прибежала медсестра, держа в руках небольшую бумажку и пытаясь отыскать гинеколога. Это был результат последних анализов, сделанных отважной матери. Выражение лица врача при виде результата заставило мое сердце замереть перед натиском надвигающейся катастрофы. Услышав цифру, напечатанную на листе бумаги, я почувствовала, как по моей спине пробежал холод.

– Немедленно готовьте операционную! Кесарево срочно! – крикнула гинеколог, побежав в сторону раздевалки.

Сколько раз я слышала эти два слова в коридорах больниц? Сколько раз я сама бежала по коридорам, влетая вместе с гинекологами, анестезиологами и акушерами в палату к испуганной матери, понимая, что каждая секунда может как спасти жизнь, так и убить? Но в тот день я никуда не бежала. В тот день мы с братом неподвижно стояли в стороне, наблюдая за тем, как люди вокруг нас быстро собираются и начинают работать.

Хосе еще не осознавал до конца всю серьезность этих слов: «кесарево срочно». Я изо всех сил старалась скрыть волнение и изобразить спокойствие, безмятежность и уверенность. Ведь именно этого ожидают от тебя члены семьи в такой ситуации, к тому же, если ты еще и врач.

– Успокойся Хосе, все будет хорошо. Вот увидишь, что результаты теста окажутся просто ложной тревогой, – сказала я брату, стараясь набрать в грудь как можно больше воздуха, которого катастрофически не хватало.

– Но… кесарево, вот так вдруг? А ей сделают эпидуральную анестезию? – спросил меня Хосе в попытке понять, что происходит, желая, чтобы его жена перестала мучиться от боли и смогла увидеть рождение дочки.

– Нет, Хосе, это будет общий наркоз. На другое просто нет времени. Нужно, чтобы она уснула, и это самый быстрый способ, – ответила я самым спокойным тоном, на который только была способна.

Прошло минут десять, в течение которых мы оставались стоять там неподвижно, уставившись на дверь операционной, страстно желая, чтобы она поскорее открылась и обе наши девочки были живы и невредимы. Было раннее утро, вокруг не было ни души, и только наше приглушенное дыхание раздавалось в тишине коридора. Ни один из нас не осмеливался произнести ни слова.

Наконец, вышла педиатр, женщина моего возраста с решительной походкой. Сделав несколько шагов, она остановилась, чтобы глотнуть воздуха.

– Мать и дочь в отличном состоянии, – сказала она с улыбкой, которая осветила мрачный коридор вокруг нас.

То, что последовало дальше, стало результатом грандиозного волнения.

Ракель родилась 31 мая 2013 года, а вместе с ней и пара новоиспеченных родителей, обуреваемых сомнениями, сопровождающими каждого из нас в такой момент. Я стала тетей – еще одно новое для меня чувство, смесь нежности и ответственности, которой я наслаждаюсь до сих пор. А также чувство глубокой благодарности за то, что время от времени я могу преодолеть этот барьер, оказываться по ту сторону двери и увидеть то, что происходит там, за пределами мира медицины и «практики», в котором я живу каждый день, почувствовать то, что чувствуют другие, оказаться на их месте, посмотреть на все их глазами, сквозь призму их надежды, ожидания и веры.

Самое страшное в профессии врача – это нежелание увидеть перед собой кого-то большего, чем просто пациента, неспособность почувствовать его боль. Это приводит к дегуманизации всего самого прекрасного, что есть в нашей работе. Я стараюсь объяснить это своим детям при каждом удобном случае.

«Эмпатия». Сколько раз мы слышали это слово? Кажется, оно звучит все чаще и чаще сегодня. Но важно не только слышать его, но и объяснить его нашим детям, важно научить их эмпатии. И нет ничего проще и поучительнее для ребенка, чем самой стать для них примером. Не важно, в какой области ты работаешь, я уверена, что способ показать им это на собственном примере обязательно найдется.

В моем случае, я должна признать, что подготовка врачей с точки зрения эмоционального интеллекта во время учебы в университете практически равна нулю. К счастью, исключения встречаются. В студенческие годы, в перерывах между конспектами, книгами, экзаменами, библиотеками и изнурительными практиками, внезапно появлялся врач, который кардинально все менял в твоем восприятии профессии, потому что он не только рассказывал о клинических симптомах того или иного заболевания, но и акцентировал внимание на том, как признаки болезни проявляются во взгляде, в жестах, в поведении пациента. Мы, студенты, смотрели на него как на инопланетянина, внезапно приземлившегося на планете Земля. Теперь я понимаю, что инопланетянами были все остальные.

И я выступаю на стороне такой медицины. «Ты будешь страдать», «Это изматывает», «Ты должна уметь абстрагироваться» (что за уродливое слово). Это лишь некоторые фразы, которые я слышала на протяжении своей профессиональной карьеры.