Магический мир. Введение в историю магического мышления

Здесь мы попадаем в другое измерение магической реальности, в сферу действия чудодейственных сил на вещи и живые существа, обладанием которыми похвалялся колдун. Эти силы или способности (которые обыкновенно именуют «физическими», потому что они воздействуют на материю) нередко кажутся связанными, в магических верованиях, со способностями паранормальными: и если мы будем рассматривать изолированно, в исследовательских целях, веру в паранормальные способности, мы не должны при этом забывать, что в конкретных обстоятельствах, т. е. в магическом природном универсуме, подобные верования не существуют в подобной изоляции, но вписаны в более широкий общий контекст магических форм действия. Также и область физических способностей органически включается в определенный культурный порядок и выражает определенные представления и намерения людей. Так, к примеру, во время прохождения через раскаленный ров на острове Мбенга дым, поднимающийся из рва – не просто обычный дым, а особый дым, который ощущается и переживается как живое существо, подобное «духу», оберегающему участников обряда; огонь – это тоже не просто огонь, а другой дух, живущий и являющий себя в языках пламени, играющих между камнями в костре из драцены. Эти духи, направляемые и руководимые Туи На Моливаи, шествуют впереди участников обряда: сухой ствол древесного папоротника, соответствующий размеру рва, который кладется поверх рва и обращается в ту сторону, откуда подходят участники обряда, указывает путь, по которому следует небольшой отряд духов. Если этот ствол располагается не так, как было описано, переход через ров оканчивается неудачей, потому что это помешает Туи На Моливаи и его спутникам реализовать свои защитные функции. Кроме того, пересекать путь, по которому следует отряд духов, является табу: это действие может помешать духам принять участие в обряде. Ров тоже не простой: он связан тесными симпатическими связан с корнями драцены. Огонь сжигает только эти корни, любое другое топливо остается нетронутым. Наконец, испытание требует подобающей психической подготовки, прежде всего, воздержания от половых сношений, как законных, так и любых других, на определенное время[196].

В случае с прохождением через раскаленный ров на острове Мбенга несгораемость выражает, таким образом, идею соучастия в обряде духов, которое становится возможным благодаря присутствию людей, обладающих особым статусом, потомков На Галита. Благодаря этому участию ров освящается, как освящается и пища, которая в результате церемонии становится, в свою очередь, причастной «мане», являющей себя в этой пище. Но в факте несгораемости могут проявляться и другие идеологические и аффективные порядки. Так, например, человек, преследуемый духами, может пройти через ров, чтобы таким образом сделать огонь преградой между этими духами и собой и разрушить опасную связь с ними. И.Г. Гмелин отмечал, что у татар существовал обычай проходить через огонь после участия в похоронной церемонии для того, чтобы «мертвец не смог последовать за ними, потому что мертвые боятся огня»[197]. Вместе с тем, прохождение через огонь могло подразумевать идею очищения в ее самой простой форме, как нейтрализации вредоносных влияний, жертвой которых стал ищущий очищения[198].

Парадоксальность идеи культурно обусловленной природы предстает теперь перед нами во всей своей скандальности. Однако в то же время перед нами открывается и «новый путь»: идея культурно обусловленной природы отсылает нас к тому культурному контексту, из которого она происходит, к историческому миру магии. Являются ли, и если да, то в какой мере, магические способности реальными – это вопрос, который невозможно решать независимо от смысла реальности, выступающей в данном случае в роли предиката в суждении. Однако этот смысл может быть воспринять лишь посредством индивидуирующего рассмотрения исторической драмы магического мира. Потому мысль сегодня вынуждена обращаться к этой драме, чтобы выявить проблему, которая ее питает, и разрешить парадокс, из которого рождается скандал.

Глава 2. Историческая драма магического мира