Максим Литвинов. От подпольщика до наркома

Переводчик Рузвельта С. Кросс утверждал: «Сразу по приезде Молотов взял по отношению к Литвинову резкий и неприязненный тон». Впрочем, посол тоже не скрывал своего отношения к сталинскому соратнику. А. Громыко пишет в воспоминаниях: «Во время пребывания Молотова с визитом в Вашингтоне в июне 1942 года мое внимание привлек разговор Литвинова с Молотовым… Речь зашла тогда и об оценке политики Англии и Франции накануне Второй мировой войны. Молотов высказался об этой политике резко, заявив, что фактически эти две страны подталкивали Гитлера на развязывание войны против Советского Союза. Иначе говоря, он высказал мнение, которого придерживалось ЦК партии и Советское правительство, о чем неоднократно заявлялось на весь мир. Литвинов выразил несогласие с такой квалификацией политики Англии и Франции. Я удивился тому упорству, с которым Литвинов в разговоре пытался выгораживать позицию Англии и Франции… Я не сомневался, что по возвращении в Москву Молотов доложит Сталину об этом диспуте в автомашине»[725].

Визит Молотова внес немалый вклад в последующий отзыв Литвинова из США. Но пока он был еще нужен и оставался в Вашингтоне, где лето выдалось необычно жарким. Потея в строгом костюме на бесконечных переговорах, посол отдыхал только по вечерам, когда выбирался в кино или на концерты. В июле он посетил первое в Америке исполнение знаменитой Седьмой симфонии Шостаковича, о чем писал сыну: «Обыкновенно трудно бывает с первого раза охватить и оценить симфонию, но в данном случае необычайное величие произведения ощущалось сразу. Впечатление осталось чудесное. Избранная аудитория (это не был публичный концерт) аплодировала без конца»[726].

Его контакты с Рузвельтом становились все чаще. Нередко он приезжал в Белый дом по вечерам и подолгу беседовал с президентом без переводчика. Эти два немолодых и очень уставших человека, которых многие считали дельцами и циниками, хорошо понимали друг друга. Газеты писали, что Литвинов открыл в Белом доме «филиал советского посольства». Вспоминали его революционное прошлое, манипуляции с награбленными деньгами, «подрывную работу» в Англии. Однажды на улице на него набросилась женщина, кричавшая, что большевики погубят Америку. Он с юмором сказал собравшимся прохожим: «Слышите, у этой дамы немецкий акцент!» Незнакомка тут же испарилась.

* * *

Постепенно усилия Литвинова стали приводить к конкретным результатам. Анастас Микоян, работавший в годы войны наркомом внешней торговли, вспоминал: «Очень большую роль сыграл Литвинов во время Отечественной войны, когда он был послом в Соединенных Штатах Америки. В то время я вел переговоры о ленд-лизе с Америкой. С американской стороны в переговорах участвовал Аверелл Гарриман, а с английской – лорд Бивербрук. Надо сказать, что с англичанами в этом вопросе было легче договариваться. Переговоры затянулись. Как-то Бивербрук спросил меня, почему я такой хмурый. Я ответил, что радости мало оттого, что переговоры не увенчиваются успехом. Партнеры хитрили, выставляли все новые условия. Я же не имел поручения Советского правительства менять первоначально выработанные наметки. В этих условиях Литвинов сумел найти подход к Америке. Он успешно провел там переговоры, добился поставок вооружения и других товаров. Успеху переговоров способствовала личность Литвинова. Он сыграл очень большую роль. С ним считались в Соединенных Штатах Америки»[727].

Литвинов и госсекретарь Корделл Хэлл подписали соглашение о принципах взаимной помощи в войне 11 июня. Правительство США подтвердило, что оно и впредь будет оказывать Советскому Союзу помощь вооружением и другими военными материалами. Другим успехом стало подписание долгосрочного торгового соглашения. Прежде его приходилось возобновлять каждый год. 31 июля Хэлл и Литвинов договорились об очередном продлении, но решили оставить соглашение в силе и позже, если оно к тому времени не будет заменено новым. 6 октября посол подписал с представителями США и Англии протокол о военных поставках, который обеспечивал бесперебойное поступление грузов по ленд-лизу.

Литвинов и госсекретарь К. Хэлл подписывают соглашение о взаимной помощи в войне. 11 июня 1942 г. (Из открытых источников)