«Мама, я поела и в шапке». Родительский квест от школьных поделок до пубертата любимых детей

Словно ничего и не было. Демонстративная идиллия, хотя и я знаю, что она знает, и она знает, что я знаю.

– Я тут нашла записку…

– Да ты что?!

– Ой, мам… Очень смешно, ага.

– Ну, я старалась.

– Это не мои сигареты!

Я усмехнулась. Если бы Егор меня не предупредил, что Нина будет все отрицать, я бы купилась на это.

– Попытка засчитана, но я не верю.

– Ну правда. Это из девятого класса девочка попросила, ее мама за курение очень ругает.

– Нинуц, если бы я хотела постановки, то сходила бы в театр. Ну давай, заканчивай.

Стоим. Молчим. Слышно, как у соседей собака лает.

Опять никто не знает, что делать.

Вообще, я заметила, что быть мамой подростка – это чаще всего мысленно бегать кругами, как курица с отрубленной головой. Читаешь книги, смотришь кино, психологи, коучи, тьюторы. Вроде бы прокачалась во всем, правильно строишь «я-сообщения», стараешься не давить.

А потом – бах! – сигареты!

Кольцо в носу!

Туннель в ухе!

Татуировка на всю шею!

И ты мечешься, ищешь подход, пытаешься понять, как себя вести. А уже поздно.

Я стояла, смотрела на Нину, и вся правда воспитания открылась мне с легкостью сигаретной пачки.

Нет смысла орать. Наказывать. Отнимать. Требовать. Забирать. Все, что я могу еще сделать, – это объяснить последствия. Курение разрушает зубы. Секс без защиты ведет к болезням или беременности. Алкоголь в незнакомой компании может закончиться криминалом.

Молчание затянулось.

– В общем, сигареты я забирать не буду. А ты в ближайшие два дня нарисуешь нам с Розой стенгазету.

– Это как?

– На ватмане пишешь название: «О вреде курения». Или можешь что-то более оригинальное. И дальше цифры, факты, болезни. Распечатывать на принтере можно только картинки. Любой текст надо писать самой.

– Отлично.

Конечно, Нина произнесла это «отлично» с интонацией «да пошли вы все». Но я сделала вид, что не заметила. Ведь быть мамой подростка – это еще постоянно делать вид, что ты не замечаешь раскиданных по квартире вещей, недовольного лица, закатывания глаз, недружелюбного тона. Поэтому я миролюбиво сказала:

– Верю в тебя.

И ушла.

Плакат Нина сделала. Через весь лист ватмана горела надпись: «Курить вредно!» Минздрав и Нина предупреждали, что курение вызывает самые разные болезни. Плакат месяц висел в коридоре, а потом наступил Новый год, и я его убрала.

Увидев это высокохудожественное наглядное пособие, Роза очень удивилась.

– А зачем он нам нужен?

– Чтобы знать, что курить вредно.

– А что, у нас кто-то курит?

Роза иногда совершенно выпадала из семейных новостей.

– Нина, – сообщила я то, что Роза, как я думала, и так знала.

Курение Роза не одобряла.

– Спортсмены не курят!

Мы с Ниной и ее первым взрослым по гимнастике промолчали.

…Я все ждала, что потом, спустя несколько лет, Роза тоже пойдет по этой дорожке: попробует курить, будет прятать сигареты. Но сейчас ей шестнадцать, а она или хорошо скрывает, или и правда не курит.

Говорю Розе:

– У тебя же все курят в классе.

– Да, уже давно.

– А ты чего? Отстаешь?

– Куда мне? Я после трени прихожу и падаю. Куда еще курить?

Нина авторитетно хмыкнула:

– Я в шестнадцать уже бросала.

Было странное чувство, что именно эту фразу я уже где-то слышала, но не могла вспомнить где.

Через два часа, загружая спортивные вещи в стиралку, я вспомнила. Ее я слышала таким же поздним вечером от «бывалых», когда написала в группу пост с вопросом о курении. Тогда мне казалось, что я никогда не смогу спокойно воспринимать это. Не смогу смириться. Все я смогла.

А прошло-то всего пять лет.

Наверное, если бы сейчас у Розы из рюкзака выпали сигареты, я бы знала, как поступить. Но их не было. Зато у Розы был молодой человек, и они собирались вместе ехать на выходные в Питер. Так что опять приходилось бегать, словно курица с отрезанной головой, и думать: а в шестнадцать лет не рано еще вдвоем ехать в Питер?

Честное слово, уж лучше бы разбираться с сигаретами.

<p>Глава 20. Сказ о потерянном детстве</p>

Мне говорят:

– Все потому, что у тебя дети спортом занимаются…

Этим можно объяснить что угодно. Что они ответственные – ну так в спорте иначе нельзя. Или что привыкли работать в любом состоянии – это же точно из спорта. Что худые или что не курят – и тут спорт!

Правда, когда Нина набрала вес, этот факт тоже объяснили спортом. Ведь сначала она занималась художественной гимнастикой и постоянно следила за весом. А потом бросила, и стало можно есть все, что раньше запрещалось.

– Моя в 5:30 утра встает, плещется полчаса в душе, потом укладывает волосы и еще целый час красится в школу, – рассказывает мне мама одноклассницы.

– Моя тоже, – говорю я.

– Это потому, что она художественной гимнастикой занималась, они же там постоянно красятся.

Другая мама, наоборот, печалится, что ее дочка не интересуется «девичьими» темами, ходит в толстовках оверсайз, платья не надевает, везде только в кроссовках.

– Очень тебя понимаю, – говорю я, – у меня Роза так пару лет ходила. У нас было пять пар кроссовок и ни одной пары туфель.

– Это из-за спорта, да? Она, наверное, там устала от этих красивых костюмов. А моя-то не занимается…