Метаморфозы жира. История ожирения от Средневековья до XX века

Еще одна надежда на похудение связывалась с электричеством: некоторые ученые и любители науки в середине XVIII века проводили эксперименты с ударами тока в жидкой среде. Швильге, например, предлагает купания в холодной ванне с электрическим током — он ожидал, что эта процедура вызовет сжатие тканей и усиление работы желез[633]. Аббат Нолле советует лечение электрическим током и приводит результаты своих экспериментов: «Кошка после электризации стала легче на 70 гранов, голубь — на 35–37 гранов, воробей — на 6–7 гранов»[634]. Эти цифры можно было бы счесть ничтожными, если бы они не показывали озабоченность проблемами похудения и его верификации. Расчеты, касающиеся человеческого тела, более показательны: «Вес молодого мужчины и молодой женщины в возрасте от 20 до 30 лет, проходивших лечение электрическим током в течение пяти часов подряд, сократился на несколько унций»[635]. Уменьшение веса — это признак оживления организма. Пьер Бертолон приводит множество объяснений по поводу напряженных волокон, а также веществ, переносимых жидкостью, подробнее останавливается на массе тела, нуждающейся в коррекции, в своих соображениях смешивая отеки и ожирение:

Что же касается общего опухания, тучности (полисарции), при котором человеческое тело обезображено слишком большим количеством жира и эмфизематозными отеками кожи, то подходящим средством лечения подобных нарушений представляется стимуляция положительными электрическими разрядами значительной силы и продолжительности[636].

Бертолон сообщает о «слишком толстых» людях, значительная «часть лишнего» у которых исчезает после «лечения большим количеством электрических разрядов»[637]. По словам Ноэля Ретца, сказанным в 1785 году, тела «поглощают электричество»[638] и благодаря этому становятся легче. Тем не менее подобная практика не была ни распространенной, ни бесспорной. Новизна состояла в том, что тело способно и «возбудиться», и стать тоньше благодаря совершенно особому напряжению, при котором состояние волокон важнее состояния жидкостей.

Диета и нервы

Следует упомянуть и о диетах, призванных оказывать действие на волокна, противопоставляя закрепляющие и расслабляющие продукты, «душистые травы» и грубые овощи, возбуждающие и смягчающие. Против ожирения систематически упоминается двойное действие: давление, позволяющее удалить излишки при помощи сжатия, и стимуляция для восстановления сил благодаря возбуждению. Именно этой идеей вдохновлены советы Уильяма Бьюкена, собранные в книге «Домашняя медицина», по питанию для тех, кто страдает отеками, для ремесленников, ведущих сидячий образ жизни, и для образованных людей. Этот справочник был настолько популярен, что в 1770–1803 годах выдержал восемнадцать изданий на английском языке и около десяти на французском[639]. Автор настаивал на необходимости употреблять сухие продукты, овощи, оказывающие «стимулирующее» действие[640]. Рекомендовалось есть мясо малыми порциями, но это должно быть мясо, «укрепляющее мускулатуру желудка»[641]; лучший пример такого мяса — дрозды и куропатки. Также следовало тщательно выбирать жидкости — «спиртные напитки», например «укрепляющие энергию твердых веществ»[642]. Возбуждению могли способствовать еще некоторые действия: например, в подробном обзоре продуктов питания английский врач в середине XVIII века для «укрепления нервов» предлагал вдыхать дым от сжигаемых перьев куропатки[643].

При ближайшем рассмотрении можно заметить, что суть этих диет на протяжении XVIII века оставалась неизменной. Химический состав во внимание не принимался, все основывалось на интуиции — главными ориентирами оставались понятия «легкое», «тяжелое», «сухое», «водянистое»; «грубое» и «вязкое» отвергалось, как если бы попавшие в желудок обычные продукты были теми самыми чистыми веществами. Отвергались одни и те же вещи: боялись употреблять в пищу мясо животных, «питающихся помоями, например уток и свиней»[644], животных, живущих в стоячей воде, «в прудах и иле»[645], «кислые и вызывающие образование кишечных газов» овощи[646], жирное мясо, жирную рыбу. Их опасность, предположительно, заключалась в том, что они могут создать в животе «нечто вроде липкого теста»[647] или бесполезные для организма газы, в результате чего возникнет непроходимость. Все это свидетельствует, насколько трудно было отказаться от гуморальной теории и ее упрощенной модели.