Метаморфозы жира. История ожирения от Средневековья до XX века

Реклама второй половины XIX века подтверждает распространенность различных практик похудения и рынка подобных услуг. Этот процесс начинается в 1880-х годах. Рекламные объявления предельно кратки:

Персидские пилюли, чтобы похудеть и укрепить здоровье. И мужчинам и женщинам достаточно принимать в течение двух месяцев, чтобы полностью избавиться от лишнего веса[1062].

Как правило, врач присваивает продукту свое имя, гарантируя ему респектабельность, ничем не напоминающую старые секретные формулы[1063]: «Персидские пилюли доктора Блайна»[1064], «Индусский чай доктора Смита»…[1065]. Лекарственные формы варьируются: это могут быть пилюли, микстуры, ванны, пояса или корсеты. Старые представления никуда не исчезают, реклама напоминает о таких традиционных методах, как удаление лишней жидкости или употребление тонизирующих средств.

Для большей убедительности делаются намеки на запахи или духи: «пилюли Жигартина» производились на основе морских водорослей[1066], вода Брамса «ароматизирована бенгальскими цветами»[1067], «пояс Измаила» состоял «из ароматических растений»[1068]. К этому следует добавить указание на формы тела, что отражает «анатомический» взгляд конца века: предполагалось, что чай Ботижен «уберет лишнее с бедер, подтянет живот, сделает талию тонкой и стройной»[1069]; аптека Шардона, находящаяся на улице Сен-Лазар в Париже, сообщает клиентам, что некое «неизвестное» снадобье «уберет живот, бедра, сделает стройной талию, удалит двойной подбородок»[1070]. Средства «проверенные» и при этом самые простые — пилюли, микстуры, пояса. Результаты «надежные и быстрые»[1071], успех лечения «обеспечен»[1072]. Рекламщики играют картинками и словами: гравюры с изображениями толстой фигуры «до» и стройной — «после» чередуются с текстами, полными эпитетов типа «чудесная вода»[1073], «действительно надежное средство»[1074], гарантирующее «вечную молодость и упругость тела»[1075].

Разумеется, все эти робкие попытки рекламы говорят о появлении в конце XIX века рынка товаров для похудения, а также о традиционном сопротивлении всему новому. Реклама делает очевидным сокращенный, упрощенный до схемы вариант диеты: обращение за помощью к эликсирам. Она выявляет и еще одну сторону социального неравенства: цена чудодейственной продукции для похудения колеблется в пределах от 5 до 20 франков, тогда как рабочий в среднем зарабатывает 5–6 франков в день[1076]. Наконец, реклама демонстрирует живучесть укоренившихся представлений: налицо желание похудеть без особых усилий.

Глава 3. Революция стройности

В конце XIX века силуэты стали стройнее, появилось множество способов лечить ожирение. Этому способствовало развитие индустрии досуга, внимание к собственной персоне, революционные изменения в медицинских знаниях. Решительная, самая главная перемена произошла в 1920-х годах, и связана она была с изменением статуса женщины, что вызвало к жизни новый взгляд на стройность — грудь и прочие округлости потеряли свое значение, стали больше цениться плавность и нервность, акцент делался на ловкости и подвижности, при этом подчеркивались самоконтроль и самоутверждение. В 1925 году Жан Прево в работе «Радости спорта. Очерки о человеческом теле» высказывает вроде бы банальную мысль: «Мускулы составляют наибольшую часть нашего тела»[1077]. «Нормой»[1078] впервые объявляется «атлетическая фигура», ее «легкие» очертания. Это было определяющее утверждение: взгляд на тело в 1920-х годах становится совершенно новым. Большое значение уделяется динамическому элементу, чего раньше не было: «Благородна лишь мускулатура»[1079]. В статичном теле угадывается упругость, его изгибы говорят о движении. Очевидно, это касается и женского тела, в многочисленных описаниях которого подчеркивается его «мягкость и податливость», «змеиная гибкость», «упругость поясницы»[1080]. Наличие мускулатуры не было открыто внезапно, зато ее роль оказалась полностью переосмыслена и «облагорожена». Отношение к дородному телу изменяется: пороги ожирения становятся ниже, отмечаются его опасности. Можно сказать, что образ тела 1920-х годов сопоставим с современным.

Наконец, еще одно изменение: усилились сомнения в том, что отдельные виды ожирения поддаются лечению. Множество случаев вызывает настоящие «муки». Неслыханная «тяжесть» вызвала к жизни исследования, проводимые и в наши дни.

«Порок цивилизации»