Читаем Мясорубка. Как Россия полюбила кровавый спорт полностью

Бовар встает, но вместо лица у него – месиво: семь рассечений, две гематомы и кровь из носа, с которыми в перерыве работает катмен Павел Тюрин. Благодаря его усилиям кровит только одно рассечение на лбу, где пробита вена. Но напор такой, что в третьем, последнем раунде Бовар вместо оппонента видит только темный силуэт. Девушка Чибиса кричит: «Пизди его, Коля, пизди!», а сам Чибис засаживает удары сбоку, которые Бовар уже не видит.

После финального гонга оба бойца выглядят так, будто вместе кололи свинью. Чибис выигрывает поединок по очкам. «Я жду от тебя титульный бой и хороший чек», – говорит уже уверенный в себе Чибис Регбисту, бросает ему микрофон и уходит. «Что за хастлер покинул этот ринг», – кричит Регбист, а затем со словами «Мы все должны отдать дань уважения этому воину» кланяется в пояс Ханакову. У Чибиса сломана правая рука, у Бовара – порвано сухожилие мизинца, разорвана большая грудная мышца и сломан нос.

Следующий бой вечера проходит спокойнее, и публика реагирует сдержаннее. Зато в толпе орет катмен Тюрин, который только отработал с Боваром. «Максимум сечек и гематом за один раз, что у меня был, и я не справился, – говорит Тюрин, хотя Бовар благодаря его работе остался в бою. – Я стоял и кричал. Сильно меня пробрало. До трясучки».

<p>Из подполья на «Матч ТВ»</p>

Мода на современные кулачные бои пришла в Россию из США – тренд задал американский промоушен Bare Knuckle FC, который добился легализации «кулачки» у себя в стране. Вообще традиция выяснять отношения на кулаках существовала практически во всех частях планеты, а классический бокс, прародитель всей индустрии профессиональных боев, изначально проходил без перчаток.

В 1892 году бокс в перчатках легализовали в США, и бои на голых кулаках ушли в тень, но не исчезли совсем. В Великобритании и кое-где в США их часто ассоциировали с ирландскими путешественниками (они же пэйви)[202], которые до сих пор часто живут в караван-парках. Для пэйви бокс без перчаток – практически национальный спорт; от этой традиции Гай Ричи отталкивался в «Большом куше», где боксера-путешественника Микки играет Брэд Питт. Финальный бой из «Куша» надолго стал в России самым известным примером бокса без перчаток, хотя главный принцип современной кулачки там нарушен – костяшки бойцов замотаны тейпом.

В эпоху раннего ютуба видео схваток на голых кулаках набирали популярность, а самым знаменитым боксером на голых кулаках в начале двадцать первого века стал ирландский путешественник Бобби Ганн. Бобби родился в Канаде, но много лет жил в США. Уже в 15 лет Ганн дебютировал в профи-боксе, а позже участвовал в подпольных боях на голых кулаках – на складах, в барах, спортзалах и байкерских клубах. Бойцы оставались в джинсах, чтобы, если нагрянет полиция, смешаться с толпой. Оппонентами Ганна были вышибалы, морпехи, бойцы ММА и даже экс-телохранитель Jay-Z.

Подпольные бои Бобби проходили без ринга, лимитов времени и деления на раунды. Ганн в них был больше охотником, чем спортсменом – и выжидал перед решающим ударом. «Бокс – это как шашки, а голые кулаки – как шахматы, – говорил Бобби. – В перчатке я могу ударить с любой силой и в любое место. Голым кулаком – только в нужные места, иначе сломаю руку. Это медленнее, чем обычный бокс». Целями были – голова ниже лба, но выше челюсти, живот, печень и почки. Ганн все равно регулярно ломал правую руку, и у него не осталось хрящей в носу, – тот стал как резиновый, его можно прижать к лицу. Платили за бои от 1,5 до 50 тыс. долларов наличными. Хотя официально они не были разрешены, ролики с поединками Ганна публиковали на ютубе, о нем выходили статьи, а Vice снял про Бобби документалку.

Ганн говорил, что его рекорд на голых кулаках – 73-0. Проверить нельзя, а бойцы вообще склонны преувеличивать свою крутость. В профи-боксе, где все фиксируется, официальный рекорд Ганна – 27-7-1. Он дрался с сильными оппонентами, но главные бои в карьере проиграл. В 2010‐м Ганн познакомился с промоутером Дэвидом Фельдманом, который после рассказов Бобби о кулачных боях загорелся идеей проводить их официально[203]. В США легализовать какой-либо вид боев – значит добиться, чтобы его в конкретном штате санкционировала Атлетическая комиссия, регулирующая ММА и бокс.

Перейти на страницу:

Все книги серии Individuum

Инцелы. Как девственники становятся террористами
Инцелы. Как девственники становятся террористами

В современном мире, зацикленном на успехе, многие одинокие люди чувствуют себя неудачниками. «Не целовался, не прикасался, не обнимался, за руку не держался, друзей нет, девственник» – так описывают себя завсегдатаи форумов инцелов, сообществ мужчин, отчаявшихся найти пару. Тысячи инцелов горько иронизируют над обществом, мечутся между попытками улучшить внешность и принятием вечного (как им кажется) целибата и рассуждают, кого ненавидят больше: женщин или самих себя. А некоторые решают отомстить – и берутся за оружие.В книге «Инцелы» практикующий шведский психиатр Стефан Краковски приоткрывает дверь в этот мир. Он интервьюирует инцелов, анализирует кризис мужественности и исследует связи радикальных одиночек с ультраправыми движениями, чтобы ответить на важные вопросы: как становятся инцелами? Насколько они опасны? И что мы можем сделать, чтобы облегчить их бремя, пока еще не поздно?В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Стефан Краковски

Психология и психотерапия
Отец шатунов. Жизнь Юрия Мамлеева до гроба и после
Отец шатунов. Жизнь Юрия Мамлеева до гроба и после

Биографии недавно покинувших нас классиков пишутся, как правило, их апологетами, щедрыми на елей и крайне сдержанными там, где требуется расчистка завалов из мифов и клише. Однако Юрию Витальевичу Мамлееву в этом смысле повезло: сам он, как и его сподвижники, не довольствовался поверхностным уровнем реальности и всегда стремился за него заглянуть – и так же действовал Эдуард Лукоянов, автор первого критического жизнеописания Мамлеева. Поэтому главный герой «Отца шатунов» предстает перед нами не как памятник самому себе, но как живой человек со всеми своими недостатками, навязчивыми идеями и творческими прорывами, а его странная свита – как общность жутковатых существ, которые, нравится нам это или нет, во многом определили черты и характер современной русской культуры.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Эдуард Лукоянов

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Документальное
Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу
Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу

IT-корпорации успешно конкурируют с государствами в том, что касается управления людьми. Наши данные — новая нефть, и, чтобы эффективно добывать их, IT-гиганты идут на многочисленные ухищрения. Вы не считаете себя зависимым от соцсетей, мессенджеров и видеоплатформ человеком? «Новые боги» откроют глаза на природу ваших отношений с технологиями. Немецкий профессор, психолог Кристиан Монтаг подробно показывает, как интернет стал машиной слежки и манипуляций для корпораций Кремниевой долины и компартии КНР, какие свойства человеческой натуры технологические гиганты используют для контроля над пользователями — и что мы можем сделать, чтобы перестать быть рабами экрана.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Кристиан Монтаг

ОС и Сети, интернет / Обществознание, социология / Психология и психотерапия
Больше денег: что такое Ethereum и как блокчейн меняет мир
Больше денег: что такое Ethereum и как блокчейн меняет мир

В 2013 году девятнадцатилетний программист Виталик Бутерин опубликовал концепцию новой платформы для создания онлайн-сервисов на базе блокчейна. За десять лет Ethereum стал не только второй по популярности криптовалютой, но и основой для целого мира децентрализованных приложений, смарт-контрактов и NFT-искусства. В своих статьях Бутерин размышляет о развитии криптоэкономики и о ключевых идеях, которые за ней стоят, – от особенностей протокола Ethereum до теории игр, финансирования общественных благ и создания автономных сетевых организаций. Как блокчейн-сервисы могут помочь людям добиваться общих целей? Могут ли криптовалюты заменить традиционные финансовые инструменты? Ведут ли они к построению прекрасного нового мира, в котором власть будет принадлежать не правительствам и корпорациям, а людям, объединенным общими ценностями и интересами, или служат источником неравенства и циничных финансовых спекуляций? В этой книге Бутерин предстает увлеченным мыслителем, глубоким социальным теоретиком и активистом, который рассуждает о том, что гораздо больше денег, не боится задавать сложные вопросы и предлагать решения противоречивых проблем.

Виталий Дмитриевич Бутерин

Публицистика
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже