Мой возраст – мои правила: Психология здорового старения

Безусловно, и здесь от нас зависит не все. Бывают страшные сюжеты и удивительные неудачи, которые нарочно не придумаешь. Никто не застрахован ни от мошенников, ни от пожаров.

Но вероятность такого сценария можно дополнительно понизить. Попробовать накопить денег. Договориться с друзьями.

Если страх остаться одному в старости не отпускает вас, можно самому или самой вписаться в волонтерские инициативы помощи одиноким пожилым людям и посмотреть на это с активной стороны – может быть, тогда вы станете меньше бояться. Мы помним, что страх старости – это страх неизвестности. Вы будете знать: есть люди, которые помогают сохранить достоинство и комфорт даже тем, кому сильно не повезло. И если я помог кому-то, есть шансы, что помогут и мне.

Страшная старость – один из рисков, которые мы в состоянии снизить, но не до нуля. Оставшийся уровень риска нам придется просто принять.

Юмор тоже может помочь. На звучащие в голове фразы по поводу того, что нам некому будет подать стакан воды, некоторые отвечают: «Ну, до своего виски я как-нибудь и сам дотянусь».

Когнитивные проблемы, деменция

«Когда я стану старым». Но что, если это буду уже в каком-то смысле не я?

Один из самых страшных страхов по поводу старости – страх деменции, когнитивных проблем. Страшно и из общих соображений (перестану быть собой, лишусь своих мыслей, эмоций, дорогих воспоминаний!), и потому, что многие видели, как меняется личность человека с деменцией, как разрушаются его навыки, характер и как сложно бывает его близким.

Екатерина, 27 лет:

Я видела, как мучились родители с бабушкой. Она каждый день по сто раз заходила в комнату и спрашивала, когда ей принесут пенсию. Потом симптомы усилились, она стала убегать из дома, пачкать стены испражнениями, кричать в окно, что ее убивают. Под конец бабушка просто слегла, она не могла даже есть сама, умерла от проблем с глотанием. Очень страшно, что мне придется так же трудно с родителями, а потом моим детям – со мной. Даже думать об этом не хочется!

Действительно, деменция лишает человека покоя и достоинства, удовольствия и надежды. Она отнимает годы жизни у тех, кто ухаживает за стариком. Однако страх перед собственной деменцией – это нечто большее, чем просто рациональные опасения. Он коренится в фундаментальных культурных представлениях нашего общества. Рациональное мышление и связная память являются для нас основными ценностями. Если способность мыслить нарушена, человек кажется нам уже не совсем человеком. Мы считаем, что у него нет идентичности и самостоятельности, ведь он не может сам принимать здравые решения, а значит, не является автономной индивидуальностью. Получается, что человек с диагнозом «деменция» сталкивается с перспективой своего рода социальной смерти. Биологически он еще жив, а социально уже умер.

Пока медики ищут лекарство от болезни Альцгеймера и дают здравые рекомендации по предотвращению сосудистой деменции (ничего нового: своевременное назначение и аккуратный прием лекарств от гипертонии, физическая активность), мы можем сами заняться переосмыслением того, как относимся к людям, не имеющим возможности здраво мыслить. Нам это нужно в том числе и потому, что это наше собственное вероятное будущее.

Очевидно, что люди с деменцией видят мир иначе. У них другие возможности, другое восприятие. Они не могут жить независимо: поддержание их жизни зависит от окружающих людей и от общества. Но это не делает их социально и культурно умершими. Люди с деменцией способны мыслить и чувствовать, многие из них привязаны к близким, даже когда перестают их узнавать. Есть вещи, которые могут их обрадовать и огорчить.

Существуют ведь люди с нарушениями развития. Но их ограничения не означают, что они живут жизнью растения, а не человека. Вот человек с тяжелым ДЦП: не ходит, не говорит, не может есть сам. Но радуется, когда его купают в море, задумчиво слушает музыку, смеется, когда видит родственников на экране смартфона. Он воспринимает мир так, как может. Даже самые тяжелые нарушения оставляют человеку какую-то часть мира: осязание, восприятие тепла и холода, вибрации.

Нет никаких «овощей». Люди с деменцией – тоже люди, хотя с ограниченными возможностями и особенными потребностями. Ухаживать за ними тяжко, но это не бессмысленный труд.