– Но в книге «
Митчелл улыбается мне, продолжая молчать.
– Но как мне все-таки поступить? – настаиваю я.
– Молли, нет правильного ответа. Просто обращай внимание на свои внутренние сигналы. А теперь давай обсудим, когда ты придешь ко мне в следующий раз.
Этой ночью на Нью-Йорк обрушивается сильная метель, которая сметает все мои тревожные размышления о Карле, Мартине, моей маме, Стюарте и Киви. Поскольку школьные занятия обоих детей отменены, а крыльцо само себя не почистит, я и не замечаю, как отвлекаюсь от всех мыслей.
После обеда Нейт умоляет меня покататься с ним на санках в Проспект-парке. Пока мы пробираемся по сугробам к Седьмой авеню, я чувствую, как в кармане моего зимнего костюма завибрировал телефон. Надеясь, что это сообщение от Карла, я стремительно стягиваю зубами перчатку с руки и пробираюсь под одежду, чтобы проверить.
Так много восклицательных знаков. Так мало времени, чтобы обдумать слова, за которыми они стоят. Я чувствую, как тяжелеет моя голова, а ноги немеют. Я погружаюсь в раздумья и постепенно замедляю шаг.
– Давай, мама! – кричит Нейт, подбадривая меня двигаться вперед.
Через десять минут мы дойдем до парка. При росте 190 сантиметров и весе в 114 килограммов Карла будет трудно не заметить, но все же я осматриваю окрестности, чтобы не быть застигнутой врасплох. Сын слишком взволнован предстоящим весельем, чтобы заметить мою рассеянность, и бросается на поиски своих друзей в толпу у горки. Я снимаю перчатки, чтобы напечатать еще одно сообщение Карлу: «
Когда они приближаются, подруга Мартины со своими детьми сворачивает в сторону горки. Я делаю несколько шагов им навстречу и останавливаюсь. А я могу обнять Карла? Или лучше обнять Мартину? Застыв в нерешительности, я держу руки прижатыми к бедрам и, по-идиотски улыбаясь, киваю им. Карл решительно заключает меня в объятия и целует в обе щеки на свой европейский манер. Мартина смотрит на нас с таким перекошенным выражением лица, что я решаю быстро подойти к ней и поздороваться таким же образом, чтобы сделать взаимодействие с этой парой равнозначным. Она принимает меня довольно напряженно.
– Привет, Мартина, – говорю я, надеясь, что холодная погода скрывает мое покрасневшее лицо и легкую дрожь в теле. – Рада наконец-то с тобой познакомиться!
У Мартины вырывается короткий смешок, больше похожий на насмешку.
– Я тоже. Карл часто о тебе говорит, – говорит она и бросает на него косой взгляд.
Я выразительно смотрю на Карла, пытаясь намекнуть ему, что было бы неплохо стереть эту самодовольную ухмылку с его лица. Но он продолжает радостно смотреть на нас по очереди.
– Это так забавно! Все равно что встретить своего учителя на продуктовом рынке! – говорит он и смеется над своей шуткой.
Позади Карла я замечаю Нейта, который бежит ко мне. Он бросается в центр нашего треугольника и нарушает воцарившуюся неловкость.
– Мам, пойдем, посмотришь, как я съезжаю с горки! – прохрипел сын, поправляя шапку.
– Хорошо, – спокойно говорю я, скрывая свой восторг от такой удачной перспективы. – Но сначала поздоровайся с моими друзьями.
– Здрасте, – он неопределенно взмахивает рукой. – Ну пойдем, мам!
– Пока, Карл! Пока, Мартина! Было так приятно с вами познакомиться!
– Взаимно, – говорит она.
– До встречи! – на прощание кричит Карл, сияя как новогодняя гирлянда.
Следующие два часа проходят мучительно. Я пытаюсь сосредоточиться на Нейте, его криках «